Папа Пий XII: кто спасет завистливого врача?
Лекции.ИНФО


Папа Пий XII: кто спасет завистливого врача?



 

Итальянский народ был в волнении. Разговоры сопровождались энергичными жестами, как будто обсуждали какое-то страшно несправедливое решение судьи на футбольном матче между туринским «Ювентусом» и миланским «Интером». На самом же деле случилось нечто, что даже футбол в Италии отодвинуло на второй план. Причиной тому были последние дни жизни Папы Пия XII.

Принято говорить, что Папа не умирает, а уходит из этого мира или «приобщается к вечности». Смерть понтифика расценивается как событие скорее духовное, нежели физическое, и по традиции обнародуется минимум медицинских деталей.

Но на этот раз все было иначе. Радио «Ватикан» транслировало мессу из комнаты умирающего Папы, и на заднем плане можно было расслышать его тяжелое дыхание. Позже в ежедневной газете «Иль Темпо» под крупным заголовком «Четыре дня у постели борющегося со смертью Папы» была опубликована статья, от которой и сейчас кровь стынет в жилах. Автором значился профессор Риккардо Галеацци-Лизи.

В статье говорилось, что Папе больше нельзя было вводить катетер, потому что «у святого отца произошло слишком обильное мочеиспускание». И дальше: «Конец уже близок. Мы не хотим более беспокоить святого отца инъекциями и обследованиями, которые все равно уже не принесут никакой пользы». И наконец, когда Папа был избавлен от мучений: «Он делает еще два вдоха, правда, со значительным перерывом. Потом из левого уголка рта вытекает струйка черной крови. Наконец его голова склоняется». Через несколько дней во французских и немецких иллюстрированных изданиях появилась фотография, изображающая Папу, которого кормит монашенка. Фотографию предоставил тот же профессор Галеацци-Лизи. Разглашением таких деталей он не только поверг в шок многих верующих, но и нарушил врачебный обет молчания. Итальянская коллегия врачей исключила его из своих списков, а в Ватикане он превратился в persona non grata. Остается вопрос, почему так поступил медик, бывший личным врачом наместника Бога на земле?

Галеацци-Лизи познакомился с Пием XII в 1938 году, когда тот еще не был Папой, а именовался Евгенио Пачелли и был государственным секретарем Ватикана. Когда ему в глаз попала песчинка, он обратился за помощью к первому попавшемуся медику — доктору Галеацци-Лизи. По счастливому совпадению тот был окулистом, и поэтому удаление песчинки заняло у него каких-то три минуты. Однако они успели разговориться, и эта беседа произвела столь сильное впечатление на ватиканского сановника, что, став четыре месяца спустя Папой, он сделал маленького коренастого врача своим лейб-медиком. В карьере Галеацци-Лизи это был резкий скачок: еще вчера безвестный окулист, содержавший не очень популярную практику, он теперь стоял в непосредственной близости от одного из самых значительных и влиятельных людей земного шара. В таких случаях нужно сохранять железное спокойствие, чтобы не сойти с ума от собственной важности. Для Галеацци-Лизи это оказалось непосильным испытанием.

Сначала все складывалось для него крайне благоприятно. Папа осыпал его титулами, сделал профессором, присвоил ему звание майора Папской гвардии и главного врача Ватикана. Позже он стал членом Папской Академии наук, к которой принадлежали семьдесят известнейших ученых со всего мира, в том числе сэр Александр Флеминг, открывший пенициллин. Галеацци-Лизи не вписывался в такое окружение, но его некомпетентность не бросалась в глаза. В Ватикане у врача мало работы, так как население там составляют преимущественно аскеты, ведущие здоровый образ жизни. Папа Пий XII принадлежал именно к этой категории. Он был кем-то вроде Марка Аврелия образца XX века: скромно питался, много молился, каждое утро делал гимнастику на свежем воздухе. У него не было проблем, которые у мирян связаны с семейной жизнью, детьми и зарабатыванием денег. Стресса он старался избегать. Он безмолвствовал, когда от него ждали реакции на холокост в Германии. Даже когда в 1943 году в Рим вошли части вермахта и депортация евреев происходила буквально у него под носом, он продолжал хранить молчание. Его поведение дало позже повод к резкой критике Ватикана. Такие авторы, как Джон Корнуэлл и Даниэль Иоганн Гольдхаген, даже обвиняли Пия XII в скрытой симпатии к расизму и антисемитизму.

Что касается Галлеаци-Лизи, то его политические события волновали крайне мало: он и без того катался как сыр в масле. Его врачебная слава росла, хотя для этого он пальцем о палец не ударил. Он назначал диеты для улучшения пищеварения Папы, чай из ромашки против бессонницы, витамины для укрепления здоровья и те или иные антибиотики, если у Папы случался кашель. Для всех этих повседневных медицинских забот не нужно было быть высококлассным специалистом. Тот факт, что Галеацци-Лизи приказал установить в покоях Папы механическую лошадь для физических упражнений, а во время аудиенций окутывал всю залу дезинфицирующими средствами для борьбы с микробами, относится не к медицинским достижениям, а скорее к медицинским курьезам.

Однако в январе 1954 года перед папским лейб-медиком встали совсем иные задачи. Его пациент страшно исхудал и был белым как мел, его мучила хроническая икота, а спать он мог не больше двух часов. В феврале его состояние обострилось. Он кашлял кровью и больше не мог удерживать в себе жидкую пищу. Галеацци-Лизи составил врачебный бюллетень, который был больше похож на обоснование своего решения об отставке, чем на медицинский диагноз. Члены Курии Святого престола уже не надеялись на выздоровление больного и просили кардиналов держаться поблизости, чтобы в случае необходимости немедленно приступить к избранию нового Папы. В этот момент в Ватикан приехал доктор Рауль Ниганс, сторонник метода лечения путем введения пациенту молодых клеток. Его пригласила монахиня и экономка Папы Пасквалина. Пий XII и Галеацци-Лизи и раньше встречались со швейцарским медиком. Его приезд не обеспокоил главного ватиканского врача: он не видел никакого вреда в том, что его коллега подтвердит безысходность положения Папы.

Но Ниганс приступил к интенсивному лечению. Он давал больному пить маленькими глотками ледяную воду, что избавило того от икоты и кровоизлияний в желудок. Следующим этапом была инъекция клеток, извлеченных из эмбриона ягненка — Ниганс занимался трансплантацией людям тканей животных. Это и сейчас в медицине считается весьма рискованным шагом, но в случае с Пием XII все прошло великолепно. Папа снова мог нормально питаться, да и сон его стал значительно лучше и дольше. К нему вновь возвращались силы. В папской Курии стали поговаривать о чуде, а Ниганс и его метод лечения молодыми клетками стал на какое-то время темой номер один в мировой печати. Швейцарский «чудо-доктор» стал известен всему миру, а о его коллеге Галеацци-Лизи уже никто больше не заговаривал.

В декабре 1954 года верховному понтифику снова потребовалась медицинская помощь. Он переносил слишком тяжелые документы и повредил внутренние органы: диафрагма зацепила часть верхней стенки желудка и разорвалась. В результате Папу начали мучить непереносимые боли в желудке, удушье, а также снова икота и кашель с кровью. Сестра Пасквалина вновь вызвала доктора Ниганса. Разумный и вдумчивый швейцарец предпринял умелый тактический ход, который позволил бы сделать все возможное для спасения пациента и при этом потешить самолюбие коллег. Вместе с Галеацци-Лизи он собрал врачебный консилиум, и, таким образом, в дело включились еще трое известных итальянских профессоров медицины: Рафаэле Паолуччи, Антонио Газбарини и Луиджи де Стефано.

Однако консилиум перерос в сумасбродную склоку между экспертами. Трое итальянцев настаивали на немедленной операции, тогда как Ниганс отказывался ее проводить, полагая, что пациент слишком плох для такого вмешательства. Главный ватиканский врач Галеацци-Лизи не имел собственного мнения на этот счет.

Семидесятидвухлетний доктор Ниганс, ссылаясь на свой долгий хирургический опыт, утверждал, что аргументы итальянских врачей противоречивы. Тогда Паолуччи в гневе покинул консилиум, чтобы устроить пресс-конференцию и на ней яростно обрушиться на Ниганса. Но Газбарини, Галеацци-Лизи и де Стефано поддались убеждениям швейцарца. Его план был таков: обезболить диафрагму точечными инъекциями, на короткое время приподнять ее, чтобы ввести в желудок картофельной кашки, что сделало бы его тяжелее, заставило бы опуститься вниз и окончательно освободить диафрагму. Гениальная идея! Гениально было и то, что Ниганс доверил исполнение своего плана доктору Газбарини. Благодаря этому на врачебном фронте воцарился мир. Профессор Галеацци-Лизи теперь уже не играл никакой заметной роли. Папе Пию XII стало значительно лучше, и он еще три года прожил в добром здравии.

Окончательная катастрофа случилась 8 октября 1958 года. У Пия XII случился спазм аорты, и он впал в кому. Газбарини давал ему лекарства, стимулирующие кровообращение. Кроме того, он созвал своих коллег — в итоге у постели больного собралось семеро врачей. Один из них, профессор Галеацци-Лизи, носил под полой скрытую фотокамеру и тайно отмечал любопытные детали лечения, чтобы позже предоставить прессе хорошую историю и иллюстрирующие ее фотографии. Им предстояло появиться во многих газетах и журналах…

Пий XII скончался 9 октября 1958 года. Галеацци-Лизи как папский врач был ответственен за бальзамирование тела. Многовековая традиция давала возможность скорбящим верующим в течение нескольких дней проститься со своим пастырем. Обычно для этого из тела извлекали внутренние органы, а кровь заменяли консервирующией жидкостью. Но Галеацци-Лизи пошел своим путем. Он решил не вскрывать тело, а выдержать его в ванне из смеси ароматических масел и потом завернуть в прозрачную пленку. После этих процедур тело приобрело очень неестественный вид. Кроме того, о консервации уже не могло быть и речи. Понтифик, выставленный для прощания в гробу, издавал такой сильный запах разложения, что окружающие его часовые часто падали в обморок. При перенесении тела в собор св. Петра можно было слышать, как из гроба доносилось бульканье: на каждой неровности дороги из трупа выходили наружу образованные гниением газы. В целях предосторожности в соборе он был выставлен так высоко, что участники траурной церемонии не могли разглядеть его лица и рук. В конце концов у папы Пия XII даже ввалился нос, бывший его характерной чертой.

Профессор Галеацци-Лизи позже написал книгу под названием «В тени и в свете сияния Пия XII». Общественный интерес к ней был довольно скромным. Врачебная палата отозвала у него разрешение на работу, однако споры бывшего медика с оппонентами продолжались. Юридические баталии еще не были завершены, когда в ноябре 1968 года Галеацци-Лизи умер от болезни сердца. После этого его дело было закрыто, по крайней мере формально. Ибо Галеацци-Лизи представляет собой поучительный пример самовлюбленной посредственности даже в наше время, время «Большого брата», пластических операций и открытого демонстрирования самых тошнотворных непристойностей.

 









Читайте также:

  1. II.3. Интериоризация субъектом внешних социальных групповых регуляторов в процессе социализации.
  2. IV. Приёмы приготовления киселей, киселеобразных фруктовых гущ и кисельных компотов (приёмы крахмализации)
  3. IV. СООТНОШЕНИЕ СИМВОЛИЧЕСКИХ И ЕСТЕСТВЕННО-ЯЗЫКОВщХ СИСТЕМ КАК ФАКТОР, ОПРЕДЕЛЯЮЩИЙ ХАРАКТЕР КУЛЬТУРЫ
  4. Pentium 4 1700 МГц- тактовая частота процессора 1700 МГц.
  5. S: Категория, обозначающая совокупность отношений, выражающих координацию существующих объектов, их расположение друг относительно друга и относительную величину
  6. S:Укажите вид предложения: Рассказать об этом человеке хотелось так, чтобы придерживаться фактов и чтобы было интересно. (Д.Гранин)
  7. VI.1. Психолого-педагогические факторы школьной дезадаптации учащихся.
  8. VII. Второй этап компоновки редуктора
  9. VII.ОПАСНОСТИ ОБЪЕКТОВ ТЕХНОСФЕРЫ
  10. XI.1. Воображение как фактор поведения (Р.Г. Натадзе).
  11. XIII. Посадки основных деталей редуктора
  12. XVII ВЕК В ИСТОРИИ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ И РОССИИ. ОСОБЕННОСТИ РОССИЙСКОГО ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА И ЕГО ФАКТОРЫ


Последнее изменение этой страницы: 2016-03-17; Просмотров: 113;


lektsia.info 2017 год. Все права принадлежат их авторам! Главная