Лекции.ИНФО


Тема I. ЕДИНСТВО ЗЕМНОЙ ПРИРОДЫ – ИДЕЙНЫЙ БАЗИС ЛАНДШАФТОВЕДЕНИЯ



УДК 911.2(07)

ББК 26.82 Н62

 

Рецензенты: д-р геогр. наук Э. П. Романова,

канд. геогр. наук Н. Г. Украинцева

Николаев В. А.

Н62 Ландшафтоведение. Семинарские и практические заня­тия. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 2000. – 94 с.

Рассмотрена тематика семинарских и практических за­нятий по курсу "Ландшафтоведение", читаемому в Московском университете на первом году обучения. Она включает важнейшие разделы курса: структурный анализ и синтез природных геосис­тем, классификационное и картографическое моделирование лан­дшафтов, научно-методические основы территориального ланд­шафтного планирования.

Пособие предназначено для студентов и преподавателей географических факультетов университетов.

 

ISBN 5-211-04242-5

ПРЕДИСЛОВИЕ

Курс "Ландшафтоведение" читается на географическом фа­культете Московского государственного университета во втором семестре первого года обучения. Общий объем курса 54 часа. Из них 36 часов отведено на лекции, 18 часов – на семинарские и прак­тические занятия.

В настоящем учебном пособии рассматриваются разделы курса, которые нуждаются в углубленной теоретической проработке на семинарских и практических занятиях. Всего предложено пять тем и связанных с ними практических заданий.

Первые две темы посвящены изучению структуры природ­ных ландшафтов. Главное внимание сосредоточено в них на двух основополагающих понятиях классического ландшафтоведения:

а) природного территориального комплекса (природной гео­системы);

б) морфологической структуры ландшафта.

Эти понятия отражают системные представления о целост­ности и иерархическом строении ландшафтной оболочки.

Третья и четвертая темы касаются проблем классификации и картографирования ландшафтов. Разработка систематики при­родных геосистем и картографических моделей входит в число глав­ных задач региональных ландшафтных исследований.

В пятой теме занятий изложены основы учения о культур­ных ландшафтах, обоснованы принципы и методы территориаль­ного ландшафтного планирования.

Задания включают: ландшафтный синтез на основе сопря­жения природных компонентов, ландшафтный анализ дистанци­онных аэрокосмических материалов, классификационное и картог­рафическое моделирование ландшафтов, решение учебных ландшафтно-экологических задач.

Тема I. ЕДИНСТВО ЗЕМНОЙ ПРИРОДЫ – ИДЕЙНЫЙ БАЗИС ЛАНДШАФТОВЕДЕНИЯ

Системная парадигма и ландшафтоведение

Парадигма (греч. paradeigma) – это совокупность теоретичес­ких и методологических установок, определяющая общий стиль научного мышления и практику конкретных исследований на том или ином этапе развития науки.

Зародившаяся на рубеже XIX–XX веков системная парадиг­ма стала естественной реакцией на засилье редукционизма в науке. Однако широкое, осознанное внедрение системных идей и подходов в естественнонаучные исследования началось с середи­ны XX века. Этому в значительной мере способствовали два важ­ных события: а) появление общей теории систем, главным созда­телем которой стал Л. Берталанфи; б) зарождение науки об управ­лении, связях и переработке информации – кибернетики, основа­телем которой считается Н. Винер. С тех пор системный подход, получил всеобщее признание, а понятие система – множество вза­имодополняющих толкований.

Чаще других находим следующее определение: "Система – совокупность элементов, находящихся в отношениях и связях меж­ду собой и образующих определенную целостность, единство " [43, с. 427]. Ключевыми словами в определении являются: элементы, связи, целостность. В числе важнейших свойств системы необхо­димо отметить следующие:

а) наличие структурных элементов, взаимосвязанных между собой; каждый из них может существовать в системе только пото­му, что получает что-то от других элементов; такая связь элемен­тов возможна лишь тогда, когда элементы качественно неоднород­ны; закон необходимого разнообразия – один из важнейших в тео­рии систем;

б) целостность системы, несводимость ее к простой сумме составляющих элементов, обладание новым качеством (эмерджентностью); через тысячелетия до нас дошел афоризм Аристотеля: целое больше суммы его частей; точнее сказать, целое не больше и не меньше суммы частей, оно иное, новое; закон целостности сле­дует считать первым среди других системных законов;

в) взаимодействие со средой в качестве особого, самостоя­тельного единства посредством прямых и обратных (положительных и отрицательных) связей; кибернетический закон обратной связи;

г) иерархичность структуры, когда система, состоящая из под­чиненных структурных элементов, сама выступает элементом выше­стоящей, объединяющей системы; закон системной иерархичности.

Если взглянуть на состояние теории и методологии класси­ческого ландшафтоведения 50–60-х годов, то можно убедиться, что перечисленные системные свойства, безусловно, находили место в анализе и характеристиках ПТК. Откликаясь на зов времени, ланд­шафтная география активно осваивала новую парадигму. Процесс этот был для нее вполне естественным, спонтанным, так как еще со времен В. В. Докучаева утвердилось понимание природы, и собствен­но ландшафта, как целостного, системно организованного единства.

Значительную веху в становлении системного ландшафтове­дения представляют работы В. Б. Сочавы 60–70-х годов. На пер­вых же страницах своего итогового труда "Введение в учение о геосистемах" (1978) он писал: "Основная теоретическая задача, которую поставил перед собой автор, – обеспечить возможность системного подхода в физической географии, подготовить ее серд­цевину – ландшафтоведение – к восприятию системных идей, по­казать целесообразность системной концепции в географии" [41, с. 13]. В 1963 г. В. Б. Сочавой был введен термин-понятие "геосис­тема". Геосистема (географическая система) определялась как "земное пространство всех размерностей, где отдельные компо­ненты природы находятся в системной связи друг с другом и как определенная целостность взаимодействуют с космической сре­дой и человеческим обществом" [41, с. 292]. Это определение впи­тало в себя важнейшие общенаучные представления о системах, привязав их к объектам ландшафтных исследований. Взамен уже широко признанного понятия ПТК было предложено понятие гео­система. Тем самым подчеркивалась необходимость перехода ландшафтоведения на системные рельсы.

Важно подчеркнуть, что геосистемы являются открытыми, находящимися в постоянной вещественно-энергетической связи с внешней средой. Этой средой для них служат глубинные структу­ры земной коры, атмосфера (выше приземного слоя воздуха), вне­земной космос, геосистемы более высокого ранга и ландшафтная оболочка в целом, наконец, современный социум с его мощной тех­никой. Главные энергетические источники, обеспечивающие суще­ствование и функционирование природных геосистем, также на­ходятся за пределами ландшафтной оболочки. К экзогенным ис­точникам относится лучистая энергия Солнца и космическое излу­чение. В числе эндогенных (теллурических) сил отметим земное тяготение (потенциальную гравитационную энергию), тектоничес­кие движения земной коры (включая землетрясения и вулканизм), силу вращательного движения земного шара, а также поток внутриземного тепла. Что касается биогенной энергии, то она есть не что иное, как трансформированная лучистая энергия Солнца.

 

Межкомпонентные связи

Ландшафт способен существовать только при условии "дви­жения через него потока вещества, энергии и информации" [34, с. 118]. Вещественные, энергетические и информационные свой­ства природных компонентов теснейшим образом взаимосвязаны и отдельно друг от друга в природе не существуют. Поэтому веще­ственно-энергетический и информационный обмен между компо­нентами и геосистемами в целом немыслим в их раздельности. Однако в ходе ландшафтного анализа удается различать его виды.

Можно привести немало примеров вещественно-энергетичес­ких связей в ландшафте. Начнем с самого простого: горный речной поток, порожденный атмосферными осадками и таянием высоко­горных нивально-гляциальных покровов, низвергается вниз по ущелью, благодаря потенциалу гравитационной энергии горного рельефа, который был создан тектоническим вздыманием страны. Размывая скальные породы и обломочный материал осыпей и об­валов, поток превращает их в валунно-галечный аллювий. Его вод­ная масса насыщается влекомым, взвешенным и растворенным материалом. Одновременно происходит жидкий, твердый и ион­ный сток. Ущелье со временем превращается в террасированную долину. В деятельности горного потока интегрируются многие фак­торы абиотической природы горного ландшафта: поверхностный сток, атмосферные осадки, снежно-ледовые покровы, горный ре­льеф, слагающие ландшафт горные породы.

Особенно ярко межкомпонентные вещественно-энергетичес­кие связи прослеживаются в биогеохимическом (малом биологи­ческом) круговороте, наиболее важном в превращении ландшафта в целостную геосистему. Растительность выступает в нем самым активным компонентом. Недаром В. Б. Сочава назвал ее критичес­ким компонентом ландшафта. Непременными и незаменимыми факторами жизни растений служат, как известно, свет, тепло, воздух, вода и элементы минерального питания. Даже из простого их перечня видно, что для существования растительного покрова не­обходимы все природные компоненты ландшафта. Под биологи­ческим круговоротом понимается сложный циклический, много­ступенчатый процесс. Он включает поступление химических эле­ментов (С, N, О, Са, К, Mg, Na, P, S, Si, Cl, Fe и др.) из почвы, воды и воздуха в живые организмы главным образом в зеленые растения и превращение их под воздействием лучистой энергии Солнца в ходе фотосинтеза в сложные органические соединения. Ежегодно на Земле образуется около 170 млрд т первичного органического вещества. При этом усваивается 300–320 млрд т СО, из воздуха и выделяется около 200 млрд т свободного кислорода.

Часть созданного растениями-продуцентами биогенного ве­щества-энергии используется в трофических цепях животными. В результате минерализации растительного опада и отмерших орга­низмов происходит возвращение химических элементов в среду: почвы, воздух и воду. Этот круговорот вещества и энергии почти замкнут. Малая доля отмершей органики захороняется или выно­сится за пределы геосистемы путем вещественно-энергетического обмена с ландшафтной средой. Примерно 0,004% годичной био­логической продукции резервируется. Живое вещество высту­пает как аккумулятор солнечной энергии. В итоге за многие мил­лионы лет в ландшафтной оболочке накопились большие запа­сы свободной биогенной энергии (каустобиолиты, почвенный гумус), исчисляемые в 1032 ккал. Однако в настоящее время человечество за одни только сутки расходует столько ископае­мого органического топлива, сколько его откладывалось когда-то в среднем за 300–350 лет.

Информационные связи в ландшафтах прослеживаются как в пространстве, так и во времени. Суть их состоит в передаче тер­риториального и временного упорядоченного разнообразия одним природным компонентом другому компоненту, и наоборот. Таким образом, компоненты как бы стремятся запечатлеть свою простран­ственно-временную организацию в других компонентах и геосис­теме в целом. В отношении пространственной организации очень сильное информационное давление на другие природные компо­ненты оказывает литогенная основа. Разнообразие горных пород, а главное, неровности рельефа дневной поверхности находят соответствующее отражение в пространственной смене почвенного и растительного покрова, водного режима и микроклимата. Как терри­ториально дифференцирована литогенная основа, так в главных чертах устроен в плане и ландшафт в целом.

Классическим примером информационного влияния релье­фа на ландшафт является известное правило предварения В. В. Але­хина (1882–1946), известного геоботаника, профессора МГУ. Со­гласно правилу предварения, на склонах северной экспозиции раз­вивается растительность более северных зон, подзон, а на скло­нах южной экспозиции – более южных. В лесостепной зоне, на­пример, склоны долин и балок, обращенные на север, как правило, заняты широколиственными лесами, а склоны южной экспозиции – степными ценозами.

В информационных ландшафтных связях можно видеть ана­логию с известным принципом симметрии П. Кюри (1859–1906), согласно которому симметрия причины сохраняется в симметрии следствия. Если в указанной формуле вместо слова "симметрия" поставить слово "организация", то она в полной мере будет харак­теризовать суть трансляционной информации в ландшафте.

Межкомпонентные связи в ландшафте не являются абсолют­но жесткими. Они носят вероятностный характер. Природные ком­поненты обладают некоторой степенью свободы в своем поведе­нии. Благодаря этому, ландшафт может более или менее пластично реагировать на возмущающие импульсы внешней среды. До опре­деленных пороговых нагрузок он способен оставаться относитель­но устойчивым. Н. Винер писал, что "...любое строение выдержи­вает нагрузку только потому, что оно не является стопроцентно жестким" [10, с. 309]. Сравнивая ландшафт с другими природны­ми системами, А. И. Перельман говорил: "По степени совершен­ства связей ландшафт сильно уступает таким системам, как крис­таллы, атомы, организмы. Ландшафт – это система не только с дру­гой природой связей, но и с более "расшатанными" связями, более слабой интеграцией" [30, с. 6–7].

К тем определениям ландшафтоведения как науки, которые были уже даны, можно добавить еще одно: ландшафтоведение – наука о внутриландшафтных и межландшафтных системных свя­зях. Знание таких связей позволяет обоснованно решать многие проблемы природопользования.

Вопросы семинара

1. Проблема единства природы в истории естествознания.

2. Ландшафтная оболочка, ее характерные свойства в срав­нении с другими земными сферами.

3. Понятия "природный территориальный комплекс" и "при­родная геосистема".

4. Этимология термина "ландшафт".

5. Общенаучные представления о системах; геосистемная концепция в ландшафтоведении.

6. Природные компоненты ландшафта и их связи.

7. Вертикальная структура природной геосистемы.

Задание I

Водные режимы

1. Аридный

2. Мерзлотный

3. Непромывной

4. Периодически промывной

5. Промывной

6. Промывной, периодически водозастойный

Почвы

1. Арктическая суглинистая.

2. Брюнизем (черноземовидная почва).

3. Дерново-подзолистая суглинистая.

4. Желтая, красно-желтая ферраллитная глинистая.

5. Желтозем глинистый.

6. Красно-бурая супесчано-суглинистая.

7. Красно-желтая ферраллитная глинистая.

8. Песчано-пустынная.

9. Подзолистая глееватая суглинистая.

10. Пустынно-тропическая каменистая.

11. Светло-каштановая суглинистая в комплексе с солонцами.

12. Серая лесная суглинистая.

13. Серо-бурая суглинистая.

14. Темно-каштановая суглинистая.

15. Тундрово-глеевая суглинистая.

16. Чернозем выщелоченный суглинистый в сочетании с тем­но-серой лесной суглинистой.

17. Чернозем обыкновенный суглинистый.

Коренная растительность

1. Вечнозеленые многоярусные леса с лианами и эпифита­ми (гилей).

2. Дерновиннозлаковая сухая степь.

3. Дубовые, дубово-липовые широкотравные леса.

4. Еловые зеленомошные и зеленомошно-черничные леса.

5. Злаковая саванна с акацией, баобабом, веерной пальмой.

6. Злаково-разнотравная луговая степь в сочетании с дубо­выми лесами.

7. Злаковые высокотравные прерии.

8. Листопадно-вечнозеленые муссонные леса (из сала, тика, сандала, баньянов, зарослей бамбука).

9. Моховые и лишайниковые сообщества с карликовой бе­резкой, низкорослыми ивами и кустарничками, (брусникой, багуль­ником, голубикой).

10. Полынно-злаковая пустынная степь в комплексе с солянково-полынными галофитными сообществами.

11. Полынно-солянковая пустыня.

12. Разнотравно-злаковая степь.

13. Фрагментарный, полигонально дифференцированный мохово-лишайниковый покров, с участием криофильных трав и пленкой водорослей на поверхности почв.

14. Фрагментарный (приуроченный к понижениям рельефа) растительный покров из ксерофитных злаков, колючих подушковидных кустарников, акаций.

15. Широколиственно-еловые леса с лещиной в подлеске.

16. Широколиственные леса (из дуба, каштана, платана, гра­ба) с вечнозеленым подлеском (из самшита, лавровишни, рододен­дрона).

17. Эфемеровые бело саксаульники, джузгунники, сообщества песчаной акации.

II.1. Иерархия геосистем

Параллельно с представлениями о единстве окружающего нас мира зародилась идея о том, что мир мозаичен, состоит из множе­ства взаимосвязанных структурных элементов. В античные време­на принцип атомизма был положен в основу учения о дискретном (прерывистом) строении материи. Наряду с простейшими едини­цами – атомами, признавалось существование неких структурных блоков, разномасштабных микро-, мезо- и макроскопических ма­териальных систем. Об этом догадывались древнегреческие ато­мисты Левкипп и Демокрит, а позже писали Платон и Аристотель.

Зернистое и одновременно блочное видение устройства мира нашло впоследствии отражение во всех естественных науках. Были разработаны иерархические шкалы объектов – от простейших до самых сложных. В геологии такая иерархия объектов исследова­ния включает (снизу вверх): кристаллы – минералы – горные по­роды – геологические формации – тектонические структуры раз­ных порядков – земную кору – земной шар в целом. В геоморфоло­гии по размерности различают формы нано-, микро-, мезо-, макро- и мегарельефа. Биология оперирует следующей иерархией: моле­кула – клетка – ткань – орган – организм – биоценоз – биом – биостром – биосфера.

Ландшафтная оболочка также подчиняется закону иерархи­ческой организации слагающих ее частей. В ее структуре участву­ют природные геосистемы различных пространственно-временных масштабов. От самых крупных и долговечных образований океа­нов и континентов до малых и очень изменчивых, подобных песча­ной отмели на речном берегу или каменистой осыпи у подножия горного склона. От мала до велика они составляют многоступенную систему таксонов, именуемую иерархией природных геосистем.

Из признания факта соподчиненности разноранговых геоси­стем проистекает методологическое "правило триады", согласно которому каждая природная геосистема должна изучаться не толь­ко сама по себе, но обязательно как распадающаяся на подчинен­ные структурные элементы и одновременно как часть вышестоя­щего природного единства.

Предложено несколько вариантов таксономической класси­фикации природных геосистем. Разумеется, все они представляют собой лишь приближенное отражение реальной действительнос­ти. В табл. 1 демонстрируется одна из подобных классификаций. По предложению Э.Неефа [24] и В. Б. Сочавы [41] многоступен­ную иерархию природных геосистем принято членить на три круп­ных отдела: планетарный, региональный и локальный.

На первый взгляд иерархия геосистем воспринимается как модель пространственной организации ландшафтной оболочки. На самом деле суть ее глубже. В ней видится диалектическое един­ство ландшафтного пространства-времени. Каждая вышестоящая в иерархии природная геосистема является по отношению к ниже­стоящим объемлющей не только пространственно, но и исторически, эволюционно, как более древняя по возрасту. При этом иерар­хическая соподчиненность перерастает в пространственно-времен­ную, структурно-эволюционную. Например, зональная область (природная зона в пределах физико-географической страны) обыч­но древнее слагающих ее ландшафтов. А ландшафты долговечнее своих морфологических единиц.

Таблица 1

Иерархия природных геосистем

Геосистемные уровни Иерархические таксоны геосистем
Планетарный   Ландшафтная оболочка Географические пояса Континенты, океаны Субконтиненты
Региональный   Физико-географические: страны; области; провинции; районы; ландшафты
Локальный   Морфологические единицы ландшафта: местности; урочища; подурочища; фации

 

 

II.3. Природный ландшафт

В первом разделе пособия была показана целесообразность использования понятия "ландшафт" для обозначения сложно орга­низованных природных и природно-антропогенных геосистем ре­гиональной размерности. В московской университетской ландшаф­тной школе эта позиция в трактовке ландшафта всегда оставалась ключевой. Использование понятия ландшафта как геосистемного индивидуума региональной размерности обеспечивает возможность проведения таких важных научных операций, как ландшафтная классификация, систематика, картографирование, прикладные оцен­ки, ландшафтное проектирование и прогнозирование.

Подобно многим другим научным объектам, природный ландшафт в ходе его всестороннего исследования получал раз­личные определения [29]. Большинство из них являются взаимодополняющими.

По Н. А. Солнцеву, ландшафт – это генетически однородный природный территориальный комплекс, имеющий одинаковый геологический фундамент, один тип рельефа, одинаковый климат и состоящий из свойственного только данному комплексу набора динамически сопряженных и закономерно повторяющихся урочищ. Говоря о генетической однородности ландшафта, ееследует пони­мать сугубо относительно, главным образом при сравнении ланд­шафта с вышестоящими, более сложно организованными и еще более гетерогенными природными геосистемами. Сам же по себе ландшафт внутренне неоднороден, на что обращал внимание еще Л. Г. Раменский. Он состоит из закономерно сочетающихся фаций, урочищ, местностей различного происхождения. Таковы, напри­мер, внутриландшафтные сопряжения: а) холмистых моренных равнин с темнохвойными лесами, песчано-боровых долинных зандров и заболоченных низин в таежной зоне восточно-европейского Севера; б) степных увалов и балок с байрачными лесами на возвы­шенностях степной зоны; в) навеянных барханно-бугристых полу­обнаженных песков и дефляционных солончаковых котловин в песчано-эоловой пустыне и т. п. Парагенезис и функциональная (ла­теральная) сопряженность разнородных урочищ внутри ландшаф­та – важнейшая черта его системного единства.

Немного в ином ракурсе видится ландшафт А. Г. Исаченко. Он считает нужным кратко определить его как "генетически еди­ную геосистему, однородную по зональным и азональным призна­кам и заключающую в себе специфический набор сопряженных локальных геосистем" [16, с. 111]. В отличие от Н. А. Солнцева, А. Г. Исаченко акцентирует внимание на зональной и азональной однородности ландшафта. На этом основании он приходит к зак­лючению о том, что ландшафт следует считать узловой единицей во всей иерархии природных геосистем.

В обоих определениях ландшафта лишь косвенным образом затрагивается вопрос о его геосистемной размерности. В. Б. Сочава, напротив, на первое место ставит этот признак: "ландшафт – наиболее крупная таксономическая единица топологической раз­мерности и наименьшее подразделение региональной размернос­ти" [41]. Иными словами, ландшафт, по его мнению, находится на стыке локальных и региональных геосистем.

Разумеется, в кратких определениях, которыми обычно пы­таются охарактеризовать ландшафт, невозможно отразить все мно­гообразие его свойств как геосистемы. В связи с этим возникает желание дать и другие определения, представляющие этот слож­ной природный объект с различных сторон. Главными, на наш взгляд, могут быть следующие.

Природный ландшафт – геосистема региональной размер­ности, состоящая из взаимосвязанных генетически и функциональ­но локальных геосистем, сформировавшаяся на единой морфоструктуре в условиях местного климата.

Ландшафт – территориально организованная геосистема,его морфологические элементы (фации, урочища, местности) за­кономерно сменяют друг друга в пространстве, образуя определен­ного типа текстуру (рисунок) ландшафта.

Ландшафт – эволюционирующая геосистема, со свойствен­ным ей полигенезом морфологической структуры, обладающая исторической памятью.

Ландшафт – динамическая геосистема, представляющая собой закономерную череду переменных состояний в рамках раз­новременных природных ритмов.

С геоэкологической точки зрения, ландшафт – средообразующая и ресурсовоспроизводящая геосистема, обладающая опре­деленным экологическим потенциалом.

Гармонически организованное пейзажное пространство ландшафта – объект эстетического восприятия и главный "учи­тель" прекрасного.

Перечень определений можно было бы продолжить, ибо лан­дшафт как объект научного исследования поистине неисчерпаем. Проиллюстрируем изложенное выше региональное толкование лан­дшафта двумя примерами с акцентом на морфологическом устрой­стве ландшафта и его сопряженности с геолого-геоморфологичес­кими структурами.

В Южном Подмосковье, в краевой зоне среднеплейстоценового московского оледенения детально изучены ландшафты бас­сейна Средней Протвы [8]. На междуречье Протвы и ее правого притока – Лужи был отчетливо обособлен ландшафт лесистой (сураменной) моренной равнины, поименованный как Сатинско-Бородухинский. Площадь ландшафта 156 км2. Если окрестные зандровые равнины образуют геоморфологический уровень с отметка­ми 170–175 м, то моренное междуречье приподнято до высоты 200–230 м над уровнем моря. Ландшафт локализован в пределах горстообразного геологического блока (или древнеэрозионного выс­тупа) кровли коренных пород, представленных известняками и гли­нами среднего карбона. В связи с этим его отличает малая (до 10 м) мощность четвертичных отложений. Поверх карбона залегает мос­ковская морена, перекрытая чехлом покровных суглинков мощно­стью около 2 м. На месте былых влажноватых лесов сураменного типа в Сатинско-Бородухинском ландшафте господствуют вторич­ные хвойно-мелколиственные. В приводораздельной слабодрени­рованной части междуречья сохранились западинные низинные болота. Редкие, влажные и сырые балки залесены. На придолинных склонах междуречья их сменяют балочные и овражные доли­ны ручьев, питаемых грунтовыми водами карбона. В осевой зоне ландшафта встречаются камовые всхолмления, высотой 10–15 м. Сложенные гравийными песками с чехлом песчанистого суглинка, они образуют редкие судубравно-суборевые урочища. Пейзаж воз­вышенного моренного междуречья видится со стороны сплошь за­лесенным пологим куполом, плавно снижающимся к долинам Про­твы и Лужи. Его структурное и генетическое единство не вызывает сомнений.

Другим примером географического ландшафта, понимаемо­го как региональная геосистема, может служить изученный нами в Центральном Казахстане островной массив Каркаралинских гор [28]. На общем фоне степного нагорного мелкосопочника с абсо­лютными высотами 600–800 м он высится четко обособленной глы­бой, достигающей отметок 1200–1350 м над уровнем моря. Пло­щадь его около 600 км2. В геологическом отношении горы Каркаралы – герцинский гранитный батолит, испытавший блоковое нео­тектоническое поднятие. Его выдавливание из недр складчатого палеозоя сопровождалось массовым раскрытием древних разломов и трещин в гранитной толще. В результате низкогорье дробно рас­членено как эрозионными, так и тектоническими процессами. Гор­ный массив представляет собой скалистые нагромождения с рез­кими перепадами высот, обрывистыми уступами и узкими ущель­ями долин. Внешне горы напоминают разрушенные башни, замки, крепостные сооружения. Они выглядят как руины гор. Потому их рельеф называют руинным.

Другой характерной чертой гор Каркаралы, расположенных в подзоне сухих степей, является их залесенность. Сосновые остепненные леса и редколесья приурочены к выходам интрузивных гранитоидов – субстрату, свободному от карбонатно-солевых на­коплений степного литогенеза и в то же время богатому пресными трещинными водами. По периферии гранитного низкогорья, на осыпных и пролювиальных шлейфах у подножья склонов лесная растительность вытесняется степной и кустарниково-степной. Са­мую нижнюю ступень в структуре горно-лесного ландшафта фор­мируют гидроморфные урочища лугового и лесного типов, нали­чие которых связано с разгрузкой трещинных грунтовых вод у под­ножья гранитного массива. До 70% площади горного ландшафта Каркаралы занимают урочища сосновых лесов и редколесий на гранитных вершинах и склонах гор. Около 20% приходится на петрофитные степи осыпных и пролювиальных шлейфов и до 10% на гидроморфные природниковые и приручьевые леса и луга.

Как видно, ландшафт – сложная природная геосистема реги­ональных масштабов. Все его структурные элементы – геосисте­мы локальной размерности – сопряжены между собой парагенетически и функционально. Особая примета ландшафта – его лока­лизация в границах определенной морфоструктуры, чем обеспечи­вается оротектоническое единство геосистемы.

II. 5. Ландшафтные катены

Для глубокого понимания горизонтальной структуры ланд­шафта необходим анализ вещественно-энергетических латеральных связей, существующих между локальными геосистемами, слагаю­щими ландшафт. Наиболее ярко они выражены в ландшафтных катенах. Термин катена в переводе с английского означает "ряд", "цепочка". Впервые он был введен в науку английским почвове­дом Дж. Милном.

Под ландшафтной катеной понимается функционально-ди­намическое сопряжение природных геосистем, последовательно сменяющих друг друга в направлении от местного водораздела к местному базису денудации (реке, озеру, днищу депрессии релье­фа и т. п.). Катенарный ряд фаций, подурочищ объединяется в це­лостную геосистему однонаправленным потоком вещества и энер­гии сверху вниз по склону. В нем участвует жидкий, твердый, ион­ный, поверхностный и подземный сток, а также перемещение почвенно-грунтовых масс под воздействием гравитационных скло­новых процессов (обвально-осыпных, оползневых, дефлюкционных, солифлюкционных и др.).

В природе существуют ландшафтные катены различных гео­системных уровней. Микрокатены объединяют фации, расположен­ные цепочкой от микроповышения до микрозападины. Перепад высот в таких катенах может не превышать 0,5–1,0 м. Примером служат микрокатены плоскозападинной суглинистой равнины в полупустыне северного Прикаспия. Мезокатены сочленяют подурочища и урочища, расположенные на сопряженных положитель­ных и отрицательных формах мезорельефа. Таковы ландшафтные катены, прослеживаемые:

а) от вершины моренного залесенного холма к смежной за­болоченной котловине в таежных ландшафтах;

б) от гребня степного увала к соседней балке с байрачным березняком.

Эти катены обычно являются внутриландшафтными, служат "визитной карточкой" ландшафта и образуют его характерное про­странство. При среднемасштабных исследованиях анализируются межландшафтные макрокатены.

Хотя термин "катена" появился только в 30-е годы, катенарные сопряжения изучались еще во времена В. В. Докучаева и Г. П. Высоцкого. Основоположник геохимии ландшафта Б. Б. Полынов предложил именовать подобный объект геохимическим лан­дшафтом, который состоит из сопряженных в единую цепь элемен­тарных геохимических ландшафтов (ландшафтных фаций). Соглас­но М. А. Глазовской, сверху вниз по склону в этой цепи сменяют друг друга: автономные элювиальные, трансэлювиальные, трансак­кумулятивные, супераквальные, аквальные и субаквальные элемен­тарные ландшафты (фации).

Ландшафтные катены формируют совокупности, которые представляют собой не что иное, как бассейновые геосистемы. Подобно другим геосистемам они иерархически соподчинены, со­стоят из бассейнов рек разных порядков. Элементарные бассейны первого порядка могут иметь площадь менее 1 км2, т. е. быть со­размерными малым урочищам и даже фациям. Самый же крупный земной бассейн р. Амазонки занимает площадь свыше 7 млн км2. Ему соответствует целая физико-географическая страна Амазония. Бассейны постоянных и временных водотоков представляют собой целостные природные геосистемы. Их генетическое и функциональ­ное единство не вызывает сомнений. О необходимости использо­вания бассейнового подхода в ландшафтных исследованиях убе­дительно сказано в трудах Ф. Н. Милькова, К. Н. Дьяконова. А. Ю. Ретеюма и др.

Вопросы семинара

1. Иерархическое устройство ландшафтной оболочки.

2. Геосистемы планетарной, региональной и локальной раз­мерности. Их пространственно-временные параметры и соотношения.

3. Фация – элементарная природная геосистема.

4. Урочища и географические местности – морфологические "блоки" ландшафта.

5. Ландшафт – региональная геосистема.

6. Морфологическая структура ландшафта и ее характерные свойства.

7. Текстура (рисунок) ландшафта.

8. Нуклеарные геосистемы – ландшафтные хорионы.

9. Ландшафтно-географические поля и причины их образо­вания.

10. Ландшафтные катены; их функциональные звенья.

Задание 2

Ландшафтов

Структурно-генетическая классификация ландшафтов опре­деляет способ их типологической группировки на основании ана­лиза истории (эволюции), генезиса и структуры геосистем. Исто­рия и генезис ландшафтов обусловливают особенности их струк­туры. В свою очередь, структура ландшафтов представляет собой эволюционную летопись геосистем. Она может быть прочитана не только в пространственном, но и временном аспекте, т. е. истори­чески. Структурный анализ сам по себе необходим еще и потому, что он обеспечивает содержательную субстантивную основу клас­сификации, рассмотрение ландшафта как природной целостности со всеми его структурными элементами и системой их организации.

Известно, что ландшафты – явления исторические, которым свойственна метахронность (последовательная разновременность образования) и полигенез структурных элементов. Их развитие непрерывно. В этом отношении современная структура ландшаф­тов – лишь стадия, временной "срез" в эволюции геосистемы. Из сказанного вытекает, что одним из главных принципов классифи­кации ландшафтов должен быть историко-эволюционный.

Естественно, что исторический подход к проблеме класси­фикации ландшафтов теснейшим образом сопряжен с анализом генезиса природных геосистем. При этом следует иметь в виду, что под генезисом ландшафтов понимается не только происхождение их литогенной основы, но всего природного комплекса, включая биокосные (почвенные) и биотические составляющие. Особое вни­мание уделяется группировке ландшафтов по сходству и различию их биоклиматических показателей, типов и степени увлажнения, водных режимов, литоэдафических особенностей и т. п. Вскрытие причин полигенеза и метахроиности ландшафтных структур реги­онов – одна из главных задач классификации ландшафтов.

В структурном отношении ландшафты анализируются двоя­ко. Во-первых, как объемлющие геосистемы, состоящие из локаль­ных морфологических единиц. Во-вторых, как элементы более крупных региональных единств – физико-географических провин­ций, зональных областей, физико-географических стран. Таким образом, изучается как внутренняя, так и внешняя структура ланд­шафтов. Ввиду того, что географические ландшафты внутренне неоднородны, встает вопрос: какие из морфологических частей, их слагающих, принимать во внимание прежде всего, полагая в осно­ву классификации в качестве наиболее репрезентативных? Здесь помогают представления о доминирующих, субдоминантных и других подчиненных морф









Читайте также:

  1. Basis (базис) – bases (базисы)
  2. D. СОЦИОИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ВЕЩЕЙ И ПОТРЕБЛЕНИЯ
  3. F. Дела челобитчиковы. - Условный критерий частноправного отношения. - Безразличие методов процедирования. - Екатерининская эпоха. - Единство в праве. - Судебная волокита
  4. I. Методические принципы физического воспитания (сознательность, активность, наглядность, доступность, систематичность)
  5. I. Определите значение терминов, сгруппируйте их по темам.
  6. III. ТЕМАТИКА КОНТРОЛЬНЫХ РАБОТ
  7. III.3. Система классификационных единиц
  8. MRPII–система как черный ящик
  9. S:Укажите верную характеристику предложения: Вода была теплей воздуха, и парное тепло от разгоряченных водяных туш усиливало ощущение одухотворенности природы - море казалось живым.(В.Гроссман)
  10. VI. Система оценки результатов освоения Рабочей учебной программы
  11. А. Лупа. Б. Проекционный аппарат. В. Перископ. Г. Оптическая система глаза. Д. Любой из перечисленных в ответах А — Г систем.
  12. Абсолютные и относительные высоты точек земной поверхности


Последнее изменение этой страницы: 2016-03-22; Просмотров: 190;


lektsia.info 2017 год. Все права принадлежат их авторам! Главная