Лекции.ИНФО


Технология освобождения от психологического контроля



Глава 27. Ключи от ларца сознания

Если психологический контроль можно установить, то его можно и снять, каким бы длительным и напряженным ни был этот процесс. Нейропсихологами и психотерапевтами разработаны различные методы освобождения от психологического контроля. Члена деструктивной секты можно спасти, если этим займется грамотный консультант-психолог. Кстати, запомните, что лучшими консультантами становятся специалисты, которые сами побывали в деструктивной секте! При этом консультант должен ставить перед собой задачу не только помогать людям выходить из сект, но и способствовать восстановлению их психического здоровья, когда они окажутся вне секты. Это сложный, длительный и кропотливый процесс, которым должен заниматься профессионал. Здесь мы не будем акцентировать внимание на специфике его работы, а только вкратце расскажем о технологии освобождения от психологического контроля.

Прежде всего, с членом секты нужно выстроить дружеские и доверительные отношения. Для этого порой достаточно воспользоваться невербальным языком общения, например, просто копировать язык его тела. Нельзя говорить угрожающим тоном, все вопросы надо задавать спокойно и доброжелательно. Не стоит выносить категоричных суждений и оценок. Здесь очень помогут методики нейролингвистического программирования.

Общение должно быть «целевым», как в бизнесе. Обычно члены семьи и друзья общаются эмоционально и выкладывают друг другу все «как на духу». Ведь в нормальных условиях близкие люди во время общения не ставят перед собой задачу оказывать влияние. А вот целевое общение позволяет оказывать влияние на людей в желаемом направлении. Цель психологического консультирования в данном случае состоит в том, чтобы вывести человека из секты. Для этого нужно не только составить конкретный план действий, но и выяснить, кто этот человек, на которого нужно оказывать влияние. Необходимо понять его «изнутри».

Когда великий актер готовится к роли, сначала он тщательно изучает характер персонажа, которого ему предстоит сыграть, и обращается к самым разным источникам информации, чтобы понять, как живет его персонаж. Актер мысленно лепит образ этого персонажа и «вживается» в него, забывая о себе, о собственных убеждениях и ценностях. Затем он выходит на сцену и смотрит, находит ли созданный им образ эмоциональный отклик в душах зрителей. Принцип таков: делай то, что работает. Если актер ошибся, он должен сменить образ и попробовать другие подходы, но он всегда помнит, какую преследует цель.

Подобно актеру, консультант-психолог должен «войти в роль» и «перевоплотиться» в человека, которого он консультирует, или хотя бы представить себя в его образе. Он должен изучить карту реальности клиента и вживаться в эту «реальность», периодически «включаясь» и «отключаясь». Чем доверительнее отношения, тем быстрее специалисту удается смоделировать личность члена секты и «вжиться» в этот образ. Став «им», консультант может разобраться, что нужно сказать и сделать, чтобы помочь человеку вновь обрести контроль над собственной жизнью. Но для этого консультант должен располагать определенной информацией об этом человеке, а такой информацией его могут снабдить только друзья или родственники члена секты.

Консультант должен знать: 1) о личности этого человека до вступления в секту, 2) каков типичный член данной секты, 3) какова личность этого человека в секте.

Итак, он должен знать, каким этот человек представлял себя и мир, какие видел в себе недостатки и достоинства, какими ему казались его взаимоотношения с окружающими до вступления в секту и сейчас. Кроме того, необходимо знать систему представлений типичного члена секты. Сравнение трех этих «образов» позволит судить о том, как и в каком направлении трансформировалось мировоззрение члена секты. О прошлой, реальной, личности нынешнего члена секты лучше всего расскажут его фразы, которые смогут вспомнить и пересказать его друзья и очень близкие люди. «Истинная» личность члена секты может рассказать, какими «ключами», где и в каком порядке нужно пользоваться.

Далее нужно попытаться растормошить члена секты и побудить его вспомнить, кем он был до вступления в секту. В этот момент следует сместить его начальную точку отсчета и вернуть в систему координат, которая определяла его прежние представления о реальности. Зафиксировав его в этой системе отсчета, где не было ни «личности сектанта», ни психологического контроля, можно добиться того, что человек начнет вспоминать, о чем он думал и что ощущал на каждом из этапов процесса вербовки. Он сможет вспомнить о возникавших у него в тот момент сомнениях и вопросах, которые он подавлял, находясь в секте. Внимательное наблюдение за членом секты, который попал в досектантскую систему отсчета, позволит консультанту понять, в каких словах, чувствах или аргументах нуждается этот человек, чтобы выйти из секты. Одному достаточно показать, как лидер его секты превратно и корыстно трактует Библию, а другому нужно продемонстрировать конкретные нестыковки и противоречия в доктрине.

Если до ухода в секту человек ощущал себя несчастным и больным, нужно отыскать положительные моменты в его прошлом, за которые можно уцепиться. Если их нет, их нужно придумать и озвучить. Для создания позитивных фантазий можно воспользоваться услугами воображения.

Далее нужно помочь члену секту выйти из плоскости черно-белой реальности «добра и зла», чтобы он смог увидеть цветную объемную и многогранную реальность. Он должен вспомнить, что мир неоднозначен и текуч. Если тебе не нравится мир, измени его, а если не можешь изменить, то измени свое отношение к миру.

Каждый человек в секте запрограммирован останавливать все «негативные» мысли о лидере, доктрине или организации. Процесс остановки мыслей запускается всякий раз, когда член секты считает, что кто-то ставит под сомнение общественную значимость его группы и групповой миссии, критикует группу или подвергает сомнению ее состоятельность. Этот процесс играет роль убежища, в котором можно отсидеться во время «нападения» врага. Но когда член секты не ощущает угрозы и не воспринимает другого человека как «врага», он не прибегает к процедуре остановки мыслей. Он точно знает, что его группа - не секта, поэтому с ним можно подробно обсуждать другие существующие секты, но он не станет это воспринимать как нападение на его лидера или группу. Поэтому лучше всего при взаимодействии с членом секты использовать метод непрямого информирования и косвенных намеков, чтобы он ничего не заподозрил и не скрылся в убежище. Во время такой отвлеченной беседы его можно познакомить с техниками и приемами воздействия на человеческое сознание и с технологией реформирования сознания в других сектах. Необходимо объяснить, что такое психологический контроль, и дать четкое определение деструктивной секты. Когда в его подсознание попадет эта информация, «истинная» личность получит систему отсчета, на которую сможет опереться для последующего анализа всего, что с ней произошло.

Нужно помочь члену секты представить счастливое будущее вне секты. Для этого нужно избавить его от всех навязанных ему в секте фобий. Вспомним, что его тщательно обрабатывали, внушая страх перед внешним миром.

Фобическая индоктринация обычно осуществляется на подсознательном уровне. «Сектантская» личность никогда не помышляет о выходе из секты: она счастлива, полна энтузиазма и невероятно послушна руководству. Но если попросить члена секты представить будущее, в котором он действительно почувствовал бы себя счастливым, «войти» в него и прочувствовать это состояние, его фобии начинают рассеиваться. Техники визуализации служат эффективным средством для избавления от фобических реакций. Так человек выходит их туннеля секты в свободный мир без границ. Его нужно подтолкнуть к тому, чтобы он эмоционально ощутил свою принадлежность к этому миру.

Долгие годы с научной точки зрения нельзя было ни подтвердить, ни опровергнуть факт психологического контроля. Никто не мог сформулировать четкие научные критерии, позволяющие определить, «запрограммирован» человек или нет, поэтому все оценки были субъективными. Сейчас уже выявлены конкретные дисфункции, связанные с психологическим программированием. Ученые регистрируют характерные изменения в спектре электромагнитного излучения мозга, которые возникают в результате блокировки тех или иных участков или центров мозга под воздействием психологического контроля. При диагностике состояния людей, страдающих раздвоением личности, можно наглядно увидеть результаты введения психической программы в мозг человека. Для каждой из «личностей» характерен свой спектр электромагнитного излучения мозга. Если человек «играет роль», пусть даже он виртуозный мастер, спектр не меняется.

Глава 28. Психологические проблемы бывших членов сект. Стратегии восстановления

Из сект уходят по-разному: кто-то уходит сам, кого-то изгоняют, кому-то помогают уйти. Но когда человек попадает в реальный мир, он оказывается в начале трудного пути, по которому ему предстоит идти. Он сталкивается с множеством проблем, и в первую очередь с тем, что он не приспособлен жить в реальном мире. Если после выхода из секты он не получает всесторонней информационной поддержки грамотных психологов, то привитые ему в секте фобии, которые никуда не делись и по-прежнему «сидят» у него в подсознании в виде фиксированных установок, могут стать «бомбами замедленного действия». Человеку, который в секте был отрезан от общества и отвык нормально работать, очень трудно вернуться к обычной жизни. Поэтому некоторые люди снова возвращаются в секты в поисках безопасности. Обычно это очень ранимые люди, которые в отсутствие психологического контроля секты ощущают себя брошенными на произвол судьбы.

Даже через годы после выхода из секты многие бывшие последователи страдают навязанными им фобиями. Например, многие женщины боятся иметь детей, потому что им внушили, что если они покинут секту, то их дети будут рождаться мертвыми. Наш мозг способен не только получать, но и сохранять информацию - как благоприятную, так и негативную. Это касается и болезненных, и приятных воспоминаний. Поэтому иногда проходит много лет, прежде чем удается локализовать и обезвредить «бомбу замедленного действия», которая была заложена в подсознание человека в секте.

Даже когда люди самостоятельно уходят из секты, став жертвами интриг или конфликтов, они продолжают фанатично верить лидеру секты. До сих пор многие бывшие мунисты считают Муна мессией, который «не знал», что творилось в Церкви Объединения за его спиной. Эти фанатики ждут, когда в ЦО произойдут радикальные реформы и они смогут туда вернуться. Они не понимают, что группа в том виде, в каком она существовала, и была истинным детищем Муна.

Некоторых последователей из сект «изгоняют» за то, что они неудобны: они подрывают групповые устои, брыкаются, конфликтуют, не хотят подчиняться и задают много вопросов. Других «выкидывают», потому что они перестали быть «продуктивными». Иногда у них развиваются тяжелые формы физических и психических заболеваний, требующие лечения. Они становятся бременем для секты, и от них избавляются. Такие люди чувствуют, что их отвергла не только группа и лидер, но и сам Господь Бог. Примкнув к секте, они, как правило, передавали ей все денежные сбережения и недвижимость. Им внушали, что теперь их «дом» и «семья» — это группа, которая всю оставшуюся жизнь будет о них заботиться. А потом выяснялось, что они «не удовлетворяют групповым стандартам и должны уйти». Эти люди, страдающие такими же фобиями, как и остальные жертвы деструктивных сект, панически боятся встречи с «внешним миром». И вдруг их туда выбрасывают, словно беспомощных котят. Им кажется, что жизнь кончена и, чтобы избавиться от страданий, они подумывают о самоубийстве. Многим из них в психиатрических лечебницах ставят ошибочный диагноз «шизофрения». Вряд ли в этом можно обвинять медиков, которых не обучают работать с жертвами деструктивных сект. Как они могут относиться к пациентам, бормочущим «изыди, Сатана» и истерически реагирующим на приближение людей в белых халатах, которых считают слугами дьявола? Откуда медикам знать, что эти люди - жертвы многочасовых медитаций и бесконечных мысленных повторений одних и тех же заклинаний и призывов, впавшие в каталептический транс.

Когда члену секты постоянно внушают, что уход из секты вызовет необратимые патологические процессы в его организме, которые никто не сможет ни диагностировать, ни вылечить, он «программируется» на такой исход. Оказавшись вне секты, он чувствует, что у него «едет крыша». В психиатрической лечебнице ставят диагноз: «тяжелая форма шизофрении». Это позволяет бывшему члену секты считать такой диагноз доказательством пророческого дара лидера секты. В психбольнице он начинает яростно биться головой об стену. На него надевают смирительную рубашку и берут под надзор. Никто не спрашивает, почему он это делает. (Зачастую находятся весьма простые объяснения: последователи одной из восточных сект совершают паломничество в Индию к камню, о который якобы бился головой лидер секты, пока не достиг просветления. В попытках повторить духовный опыт лидера, его последователи тоже бьются головой об стену.) Видя лишь вершину айсберга, врачи считают таких пациентов невменяемыми.

Но грамотный консультант смог бы объяснить бывшему члену секты, что всякий раз, когда он вспоминает «загрузочный язык» секты и индоктринацию, он все глубже укореняет в себе фоби-ческую программу. Продолжая верить в доктрину лидера и мысленно повторять его учение, бывший член секты культивирует внушенные ему установки, а это замедляет процесс ремиссии и реабилитации.

В некоторых оккультных сектах в подсознание людей вводят «программу самоуничтожения», которая должна сработать, если они покинут секту. После выхода из секты такие люди абсолютно убеждены, что их духовное тело распалось, и они постепенно умирают.

Если после выхода из секты человек не получает психологической поддержки профессионала и не проходит курс психологической реабилитации, его мучения продлеваются на неопределенно долгое время. С помощью друзей или семьи он склеивает себя по кусочкам и продолжает жить, но пока он не поймет суть технологии реформирования сознания, не узнает о привитых ему фобиях, он не сможет жить полной жизнью свободного человека.

В первые месяцы после выхода из секты бывшие последователи страдают тяжелыми формами депрессии и видят жизнь в черном свете. Они замечают только плохое и трактуют все события только негативно. Психическая травма убивает надежду на счастливое будущее. В это период им нужно помочь осознать, что при всех негативных обстоятельствах они приобрели в секте жизненный опыт. Они стали сильнее, сумели пройти через все испытания, а это укрепило их дух. Теперь наступает этап, когда они должны реализовывать себя как личности.

Кроме того, бывшие члены сект крайне зависимы от чужого мнения. Они утратили самостоятельность мышления, у них нет собственного мнения, они ждут руководства. Им нужно, чтобы кто-то их направлял. В секте за них думал лидер, а они были послушными исполнителями чужой воли, усмиряли гордыню, отказывались от собственного «я» и не имели своего мнения. Такая зависимость замедляет процесс индивидуального развития и ведет к заниженной самооценке. Человек утрачивает способность самостоятельно принимать решения. Он не только не может решить, где ему теперь учиться или работать, но и какие книги читать, какую одежду носить. Тем, кто привык постоянно спрашивать у руководства разрешение на выполнение обычных дел, над которыми в нормальной жизни мы даже не задумываемся, очень тяжело снова принять на себя личную ответственность за каждое принятое решение. Но это нужно сделать! Как большинство навыков, процесс принятия решений облегчается при частом повторении. С повышением внутренней самооценки и постепенным восстановлением уверенности в себе проблемы зависимости в принятии решений у бывших членов сект, как правило, успешно разрешаются.

Но есть и более тяжелые проблемы. Например, бывшие члены сект часто переживают так называемые «наплывы», во время которых в человеке неожиданно просыпается бывший «сектант». «Уплывая» в прошлое, в тот период жизни, когда он находился в секте, человек начинает рассуждать и воспринимать мир с позиции «сектанта». Такие «наплывы» часто бывают и у бывших «афганцев» или солдат, воевавших в Чечне. Это так называемый «посттравматический стресс», которым страдают люди, прошедшие войну. У человека после войны или после жизни в секте могут возникнуть тяжелые психические расстройства.

Некоторые люди не могут слушать музыку, которую слышали в секте. Когда по радио начинает звучать знакомая мелодия, их мысли мгновенно возвращаются в прошлое, «включая» установки, привитые во время индоктринаций. Некоторые секты используют популярные музыкальные произведения в качестве фона во время массовых сеансов внушения. Музыка создает устойчивую ассоциацию в подсознании, четко фиксируется в памяти и поэтому часто используется для программирования установок. Программа «побуждение-отклик», вызывающая мысленный возврат в прошлое, или «наплыв», включается всякий раз, когда бывший член секты видит, слышит или воспринимает внешний или внутренний сигнал, который запускал причинно-следственную цепочку обусловленных реакций. Без помощи профессионального консультанта очень трудно осознать и разорвать такую ассоциативную причинно-следственную связь.

Бывшие члены деструктивных сект, в которых активно практикуются медитации, групповые молитвы, чтение мантр, глоссолалии на фоне дыхательных и релаксационных техник, долгое время переживают такие «наплывы». Например, техника релаксаций широко используется «Церковью Всеобщей и Торжествующей», которую создала в Америке небезызвестная Элизабет Клэр Профет. Она - автор книг, «продиктованных» ей и ее супругу Вознесенными Владыками из Братства Хранителей Пламени. (Книги «Чела и Путь», «Вознесенный мастер Сен-Жермен: курс алхимии или наука самотрансформации», «Наука Изреченного Слова», «Серапис-Бей» переведены на русский язык). Члены секты читают призывы, которые произносят в очень быстром темпе, что позволяет вводить группу в состояние транса и навязывать процесс остановки мыслей.

Иногда во время обычного разговора бывший член секты вдруг может заметить, что практикует технику «замораживания мыслей», к которой прибегал в секте. Чаще всего это случается в стрессовой ситуации. Он вдруг начинает что-то бормотать, якобы говорить на неизвестных языках. Замечая это, он теряет способность продолжать делать то, что до этого делал, и испытывает полную дезориентацию. Во время «наплыва» человека обуревает чувство вины и страха из-за того, что он предал лидера и группу. Он перестает здраво рассуждать и может впасть в мистицизм. В такие моменты он интерпретирует окружающий мир и личные события с точки зрения «сектанта».

Если он не поймет и не проработает эти «наплывы» с помощью консультанта-психолога, то войдет в состояние тяжелейшей депрессии. Депрессия может снова привести его в секту. Чтобы этого не случилось, он должен твердо знать, что «наплыв» вызывается определенными «пусковыми механизмами». Ему необходимо рассказать, что это побочный результат индоктринации в деструктивной секте, во время которой на подсознание аудитории направленно воздействовали с помощью внушения. С течением времени «наплывы» происходят все реже и реже. Кроме того, есть техники противодействия «наплывам». Нужно понять, какой «пусковой механизм» влечет за собой «наплыв». Таким «пусковым механизмом» может быть мелодия (слуховое воздействие), встреча с человеком, который похож на одного из членов секты (зрительное воздействие), запах благовония (воздействие через обоняние) или поведение, которое напоминает нормативное поведение членов секты. Отождествление «пускового механизма» позволяет проработать причинно-следственную цепочку и устранить ее негативное воздействие на психику, намеренно вырабатывая положительный отклик на это сигнал. После этого «пусковой сигнал» перестанет вводить человека в ступор. Некоторые участники семинаров Эрхарда не могут слышать шум прибоя, потому что он сразу вызывает у них «наплывы» и пробуждает воспоминания о сеансах массового внушения в группе. На самом деле они должны создать новую ассоциативную цепочку «сигнал-отклик» и «прорабатывать» новую ассоциацию до тех пор, пока она автоматически не вытеснит установочную программу, привитую в секте.

Вытеснение сектантского лексикона со всеми его установками и замещение его нормальным языком ускоряет процесс «выздоровления». Расставшись с «загрузочным языком» секты, человек перестает смотреть на мир через «сектантские очки». «Загрузочный язык» ставит информационные фильтры, просеивающие сигналы, которые поступают в мозг из внешнего мира. Чем скорее бывший член секты сумеет восстановить в сознании реальное значение употребляемых им слов, тем быстрее «выздоровеет».

У мунистов все отношения между людьми сводились к двум «проблемам»: «проблеме Каина-Авеля» или «проблеме главы номер два». Термин «проблема «Каина-Авеля» употреблялся для классификации отношений в паре, где один был старшим, а второй автоматически становился его подчиненным. «Проблема главы номер два» характеризовала отношения между полами, включая любовь, сексуальность и влечение. Все межличностные отношения членов секты полностью описывались этими «проблемами». Бессмысленно стараться не думать и не вспоминать терминологию секты. Наш мозг не знает, как о чем-то не думать. Поскольку язык организован так, что мы мыслим позитивными ассоциациями, нужно создавать новые ассоциации. Если бывший член секты не ладит с каким-то человеком, он должен пытаться воспринимать это как личный конфликт, а не «проблему Каина и Авеля».

Бывшие члены сект утрачивают способность концентрировать внимание и запоминать информацию. Люди, которые до вступления в секту читали «запоем» и могли за день «проглотить» интересную книгу, а в секте читали только пропагандистские и агитационные материалы, после выхода из секты ощущают сильную подавленность и пустоту, начиная читать «светские» книги. Им трудно читать, их внимание рассеивается, мысли отвлекаются. Им приходится перечитывать текст заново, от них ускользает смысл прочитанного, особенно когда они встречаются со словами, значение которых не могут припомнить. Им приходится потратить неимоверные усилия, чтобы «привести в действие» скрипящие рычаги механизма под названием «мозг». Слава богу, извилины нашего мозга похожи на мышцы: если постоянно давать им нагрузку, они развиваются и прекрасно функционируют. Нужно только постоянно тренироваться!

Многих бывших членов сект мучают ночные кошмары. Этим людям нужны психологические консультации, которые помогут им проработать проблемы, связанные с пребыванием в секте. Кошмарные сновидения всплывают из подсознания, которое до сих пор сражается. В ночных кошмарах присутствует тема войны, шторма, погони, западни: человеку снится, что его преследуют, что он попал в капкан, что он в одиночку плывет в бушующем море или находится в центре военных действий. Бывшие члены сект спорят во сне с друзьями, убеждая их уйти из группы, а те, в свою очередь, зовут их обратно.

Многие бывшие члены сект крайне негативно относятся к своему сектантскому прошлому и стыдятся этого периода жизни. Ведь многие последователи занимались мошенничеством, проституцией и продажей наркотиков. Но даже те, кто не совершал таких проступков, не хотят вспоминать, как они относились к семье и друзьям после ухода в секту. Эти мучительные воспоминания заставляют человека испытывать чувство вины, стыда и запоздалого раскаяния, порождая эмоциональные проблемы. Многим людям, втянутым в секты, где доминирует принцип исцеления Верой, пришлось пережить смерть близких, ребенка или любимого. Но ни в коем случае нельзя во всем обвинять себя и заниматься самобичеванием. Нужно понять, что, став жертвами деструктивных сект, вы делали то, что считали в тот момент правильным.

Выйдя из секты, люди начинают осознавать, что в годы «коллективного служения» были лишены эмоциональной и интимной близости, и теперь внутренне не готовы вступить в близкие отношения. Они так долго подавляли в себе мужское или женское начало, что, оказавшись «на свободе», они не могут преодолеть эти внутренние блоки, которые мешают им выразить себя и реализоваться в сексуальном плане.

Выйдя из секты, человек остро ощущает, что должен быстрее наверстать упущенное. Из-за этого он испытывает сильное внутреннее напряжение и находится в состоянии стресса. Но возвращение к нормальной жизни требует времени. Человек должен понять, что ничего не потерял. Его жизнь - это его жизнь. Не нужно сравнивать себя с другими людьми. У каждого человека свой путь в этой жизни и свой отсчет времени.

Через секты проходят разные люди. Одни способны быстро вернуться к нормальной жизни — у них сильная психологическая защита и высокий уровень социальной адаптации. Другим людям требуется более длительный период восстановления. На этом этапе очень важно снова поверить в себя. Лучший друг, врач и советчик каждого человека - это он сам. Но нужно научиться слышать внутренний голос. Когда человек научится доверять себе, своей внутренней мудрости и инстинктам, он начнет понимать, что нет ничего страшного в том, чтобы доверить другим людям. Но начинать всегда следует с доверия к самому себе.

 

Глава 29. Проблема зависимости и свободного выбора

туннеля реальности

Теология - это одно из тех искусств, в которых, как и в истории, можно доказать все, что выгодно доказать — к удовлетворению тех, кто хочет в это верить.

Р. А. Уилсон

 

Все, что рождается, должно умереть. Религия — это тело, а тело смертно. Догмы составлены из слов, которые со временем выхолащиваются и теряют свою силу. Догмы, чья изначальная сила состоит в их непреложности, из-за своей косности постепенно устаревают и отмирают. Язык - это живой организм. В нем постоянно рождаются новые слова и отбрасываются за ненужностью старые, которые утратили актуальность, стали избитыми или бессмысленными. Догмы, которые постепенно становятся застывшими, не в состоянии идти в ногу со временем, прогрессом, наукой и растущими духовными запросами людей. Слова становятся пустыми, и искатели Пути перестают видеть за церемониями дух. Ритуалы больше не удовлетворяют; основатели религии, которые некогда создавали церемонии, чтобы скрыть провозглашаемую ими истину, давно умерли, а за столетия их символы прошли через многие руки. Истинное значение символов забыто, утрачено или искажено.

Чем более развит человеческий интеллект и чем дальше развивается наука, тем меньше мы можем мириться с буквальным толкованием символического языка. В конце концов остается только пустая раковина, в которой когда-то хранилась жемчужина. Такая оболочка, лишенная духа, ничем не лучше трупа. И опять искатели Пути блуждают в потемках и ищут того, кто протянет им руку помощи и выведет из дремучего леса растерянности и тревог. И всякий раз на «духовном» рынке находится новый «мессия», который готов повести их по пути просветления.

Инфраструктура и маркетинговая политика «духовного» рынка сложна и продуманна, образные системы тщательно подобраны и выверены. «Духовный продукт» на любой вкус: в виде семинаров, книг, кассет, курсов... «Фишка» девяностых — НЛО и ченнелинг. Появились контактеры, владеющие каналом Христа, Вознесенных Владык, Сириуса и трансплутоновой планеты X. Доходный бизнес. Несмотря на отсутствие доказательств существования летающих тарелок, инопланетян и духов и возможности общения с ними, толпы людей верят в этот феномен, а если есть спрос, рождается предложение.

Когда традиционные модели не способны объяснить какой-то феномен, всегда находятся люди, которые готовы предложить суррогатное объяснение, и люди, готовые его принять. Как только человек начинает верить, что кто-то лучше него знает, что и как ему делать, он в опасности. Когда его призывают «отключить» ум, перестать критически осмысливать происходящее и сдаться, то сначала он должен задуматься: кому я сдаюсь?

Разве вы верите шарлатанам, которые в поисках денег обещают вам формулы любви, рецепты бессмертия и эликсиры вечной молодости в обмен на твердую валюту? Но разве духовность -это не драгоценный личный дар? Разве этот дар может замыкаться на какой-нибудь доктрине? Разве его можно купить?

Истинный духовный рост предполагает ответственность. Ученик дзэн спросил учителя: «Как достичь просветления?». Вместо ответа учитель встал с циновки и сказал: «Схожу помочусь». А потом добавил: «Надо же, вроде бы такая мелочь, а делать все равно самому приходится. Никто за меня не сделает».

Каждый человек имеет право на свободу вероисповедания. Каждый человек имеет право следовать тем религиозным принципам, которых он придерживается. Религиозная нетерпимость отвратительна. Но людей нужно просвещать! Каждый человек имеет право на информацию. Он имеет право знать, что такое деструктивная секта, каковы методы вербовки в такие секты, какие тактики применяются в сектах для обработки и последующей конверсии доверчивых людей. Он имеет право знать, что такое психологический контроль, что такое групповая динамика и каковы ее принципы, в чем состоит реформирование сознания и как осуществляется замена личности для удерживания людей в сектах. Имеет ли группа право обманывать потенциального неофита? Имеет ли группа право манипулировать мыслями и чувствами человека? Имеет ли она право вырывать его из привычной социальной среды, чтобы он познал преображение и прошел через «великий опыт» конверсии? Если да, то где проводить демаркационную линию, отделяющую законную деятельность от незаконной? Выбор Пути должен быть осознанным.

И все же остается вопрос: почему умные, образованные, интеллигентные взрослые люди уходят в секты? Может быть, причину следует искать не только в искусной вербовке и психологическом контроле? Мы все больше отдаляемся друг от друга. У нас все меньше точек соприкосновения. Мы перестали жить и умирать «на миру», перестали жить размеренной и оседлой жизнью. Мы утратили ощущение эмоциональной сплоченности, разучились любить, духовно разобщены, регулярно впадаем в депрессию. Мы перестали быть детьми природы. Мы слишком доверяем телевидению, считая его средством расслабления, развлечения и источником информационной поддержки.

Увы, большинство телевизионных передач не способствует повышению интеллектуального уровня и расширению кругозора, не стимулирует воображение или творческое вдохновение и не поощряет стремление к достижению высоких целей. Телевидение поддерживает конформизм и искаженное восприятие действительности. Ужасные события, реальные и выдуманные, свидетелями которых мы ежедневно становимся перед телеэкранами, угнетают нашу психику. Мы становимся безразличными и неразборчивыми, перестаем сострадать и делаемся невосприимчивыми к чужой боли. У нас смещается представление об истинных ценностях и целях творчества.

И еще. Мы не умеем жить сомнением. Мы страдаем, когда нас одолевают сомнения. Мы страдаем, не находя ответов на мучительные для нас вопросы. Но когда же мы поймем, что ответов нет? Любой ответ - это бегство, любой ответ - это модель, которая работает лишь «здесь и сейчас». Все ответы относительны и неоднозначны. Мы готовы слепо верить, только бы не сомневаться. Но если Бог - это Любовь, давайте учиться любить сомнения. Ведь именно они толкают нас вперед, все дальше и выше к Богам и Звездам, которые в нас.

Монах спросил Дзёсю: «Обладает ли собака природой Будды?». Дзёсю ответил: «My». Чтобы достигнуть этого тонкого понимания, нужно полностью отсечь пути мышления. [12]

 

Эпилог

 

I

 

«Реальность», «иллюзия», «искусство», «кайф», «честность», «нормальный», «ненормальный», «фантазия», «маска», «галлюцинация», «истина, скрытая под маской», «маска, скрытая под маской» это понятия, которые выражают оценочное суждение наблюдателя и не имеют никакого смысла в отрыве от трансакции «наблюдателъ-наблюдаемое».

Р. А. Уилсон

 

Нейрологическая ситуация такова, что все мы - роботы, автоматически реагирующие на импринтированные реальности авторитарного типа. Все наши мотивации порождаются случайными нейрологическими импринтами, сформировавшимися в период импринтной уязвимости.

Чтобы скрыть от обитателей человеческого улья упрямые факты об их генетическом роботизме, выдвигаются эксперты по связям с общественностью, которых иногда называют философами или богословами. Но, как выяснилось, философы и теологи лоббировали интересы своих туннелей реальности, поэтому моральное насилие стало повсеместным.

Мы не осознаем, что наше поведение определяется нормами морали. Мы не замечаем принуждения, которое оказывают нам семья, клан, церковь, школа, общество, государство и гражданское право. Мы не обращаем внимания на методы, с помощью которых каждый из этих институтов пытается лимитировать наше поведение с выгодой для себя. Зато мы обучены испытывать страх, чувство вины, мы знаем, что такое грех, зло и запреты. Кто угодно может манипулировать нашим чувством вины, нашим страхом и нашим «грехом», хотя виновность и невиновность, прощение и наказание представляют собой обычные элементы мифологии.

Мифология маскирует примитивную реальность плохо налаженных роботов, которые то и дело натыкаются друг на друга. Самые тяжелые и якобы неразрешимые социальные проблемы мы не сумели решить исключительно из-за собственного невежества, потому что не знаем и не хотим знать, как функционирует мозг и нервная система. Мы не верим в способности мозга эволюционировать и изменяться, потому что зациклились на вере в собственную беспомощность и механически повторяем давно выученные уроки.

Духовная технология широко применяется для уменьшения индивидуальной свободы и усиления власти идеологии и религии. Психолог - бихевиорист Б. Ф. Скиннер, выступая от имени авторитарного государства, ратовал за контроль «по ту сторону человеческой свободы и достоинства». В книге «За пределами свободы и достоинства» он пропагандировал необходимость модификации поведения общества за счет массового обусловливания. По его мнению, только так можно управлять и руководить обществом. Духовно-конвейерному обществу требуется полнейшая кооперация и послушное подчинение граждан, для чего требуется применение методик кнута и пряника, поощрения и наказания. Но уязвимость любой технологической системы, устанавливающей тоталитарный контроль над сознанием, состоит в том, что сначала должны быть удовлетворены предварительные условия. Эти условия требуют введения секретности и единомыслия. Утечка информации, свободомыслие (инакомыслие) и понимание применяемых принципов и техник позволяют избежать роботизации и программирования.









Читайте также:

Последнее изменение этой страницы: 2016-03-22; Просмотров: 56;


lektsia.info 2017 год. Все права принадлежат их авторам! Главная