Лекции.ИНФО


Классовая теория в вопросах и ответах



 

Это исследование было предпринято в книге «Структурный гороскоп в вопросах и ответах». Думается, оно весьма показательно.

 

Зачем Россия отдает миру своих лучших сынов?

Или в чем смысл утечки наших мозгов за границу?

Все, кто гордятся нашей системой образования, все, кто полагают, что главным богатством России остается ее интеллектуальный потенциал, в шоке от того, что лучшие из лучших, умнейшие из умнейших в массовом порядке покидают Россию и начинают работать на чужой территории на чужой интерес, оставаясь равнодушными к своей родине.

Тем временем на родине массовая утечка интеллектуалов и натурализация неквалифицированных рабочих и торговцев из ближнего зарубежья приводит к резкому снижению среднего уровня нации – этот тезис кажется неопровержимым и как бы не требующим доказательств. С точки зрения банальной арифметики все четко и ясно. Кандидаты, лауреаты, да и просто доценты с аспирантами пакуют чемоданы и отправляются в теплые края. Говорят, знаменитая Силиконовая долина в Штатах уже говорит по-русски, русская речь заполняет Лондон и Берлин, Париж и Нью-Йорк. А в это время русскую родину заполняют дворники из Таджикистана, торговцы из Азербайджана, каменщики из Молдавии, сварщики из Украины, ну и так далее… Отъезжают самые умные, а приезжают черт знает кто…

Вроде все верно, и если оба процесса будут идти на высокой скорости, то страна очень быстро оболванится. Однако реальные скорости невысоки и будут только падать, потому что Запад не резиновый и не может брать интеллектуалов безгранично, ну и мы не резиновые, рабочая сила нам нужна, но до определенного предела. Дальше насыщение и падение скорости. Это все ясно и без структурного гороскопа.

Что касается теории, то она очень легко докажет, что утечка мозгов для нас не только не опасна, но даже полезна. Дело в том, что в империи так называемые идеологи составляют основу народного тела, и сколько бы умников ни уехало, столько же новых народится. Наоборот, очень полезно, как говорится, освежить кровь. В стране не хватает толковых управленцев, политики в большом дефиците, торговать толком некому, для торговли нужен коммерсант (купить-продать), а у нас все коммерсанты – бандиты. Вот и едут к нам столь недостающие нам коммерсанты. А идеологов мы можем экспортировать в любом количестве.

И все же вопрос остается: в чем смысл столь массового переселения интеллектуалов? России предстоит после 2025 года перейти на ритм Запада, стало быть, народное тело должно будет состоять из политиков. Где взять их в достаточном количестве? Уж не возврат ли бывших идеологов, превратившихся на Западе в политиков, ликвидирует эту нехватку?

 

Что такое права человека и как за них бороться?

Странно было бы рассчитывать на то, что я сейчас брошусь перечислять права человека и спорить по каждому пункту этих прав с правозащитниками, людьми, которые на этой территории давно уже открыли шикарный магазин, ибо права человека стали чуть ли не главной ценностью западного мира, ну а ценностями можно и нужно очень выгодно торговать. Предлагая человеку всевозможные права, западный мир стал необыкновенно привлекателен. Каждый (?) человек стремится туда, где у него будет наибольшее количество прав (бесплатное образование, медицинская страховка, правопорядок, хорошая пенсия и т. д.).

И все же что-то с вопросами прав человека не в порядке, что-то не стыкуется у наших правозащитников, и все их идеи, так гладко звучащие в Брюсселе, Копенгагене и даже Вильнюсе, почему-то в Москве, Костроме или Барнауле звучать перестают. Недоумение, да и только.

Впрочем, как только мы обратимся к теории, недоумение сразу же исчезает и все становится на свои места. В самом деле, все правозащитники – это порождение Запада, причем совершенно очевидно, что правозащитное движение на Западе не является порождением исключительно властных слоев и носит как бы народный характер. И действительно, народное тело Запада – это так называемые политики, люди, самым тщательным образом защищающие свои политические права, то бишь права человека. Речь идет не об абстрактных каких-то ценностях, а об очень конкретных вещах, прописанных в законе (длина рабочего дня, минимальная зарплата, избирательное право, пособие по безработице и куча других вещей). Причем все это не только прописано очень тщательно и подробно, так же тщательно и подробно разработаны механизмы контроля за соблюдением всех этих прав. Учет и контроль… Поскольку политиков на Западе пруд пруди, то проблем с правозащитой не существует, по сути дела, там все правозащитники – сослуживцы, соседи. А мы еще удивляемся, что они стучат на тех, кто нарушает правила дорожного движения или списывает у соседа по парте…

Теперь возьмем мир империи, в котором мы живем. Здесь народное тело представлено идеологами, и поэтому борьба за прописанные в законе права человека никогда не могла обрести всенародный характер и всегда была уделом отщепенцев, тех, кто стал политиком, но при этом не вошел в реально созданную систему власти, двинувшись во власть долгим кружным путем, через оппозицию, политическую борьбу, направленную на свержение имеющейся власти и создание новой модели власти. Все эти диссиденты никогда не были понятны и приятны народу, они лишь терзали попусту совесть нации, оставаясь немым укором всему народу: мол, смотри, народ, мы боремся за твои права, жизнь кладем и кровь проливаем, а ты, быдло, водку пьешь и отсиживаешься по берлогам. И в самом деле, с точки зрения наших правозащитников, народ – это трус и тупица, и в этом смысле между диссидентом-правозащитником и каким-нибудь чиновником-номенклатурщиком нет никакой разницы, оба одинаково презирают народ-идеолог (в полном соответствии с законами разделения общества на классы), только награды и наказания они получают в разных местах.

Ну, так, может, правы диссиденты насчет быдловатости имперского народа? Что это за народ такой паршивый, если ему права человека не нужны? Разумеется, все это ерунда, просто имперскому народу не нужны западные права, ему нужны права имперские, а именно – право на поиск истины, право на то, чтобы найти эту истину. Вот почему имперский народ так хорош в моменты истины, на войне, на точках прорыва человечества к звездам… Но особенно хорошо чувствует себя имперский народ в момент построения нового мира. Нет ничего более замечательного, чем увлечь имперский народ планами построения нового мира, то ли царства Божия на земле, то ли мировой революции. Никакой другой народ для этого не годится. Конечно, революции на Западе тоже случаются, но они в конечном счете приводят к улучшению все тех же самых прав человека. В наших революциях персональные права человека ухудшаются, зато право на поиск истины многократно увеличивается. В том числе прославленное при советской власти право на образование. Типичный случай реализации народных имперских прав.

Что касается прав человека на Востоке, то там главное – это не политические гарантии и даже не свобода поступать в университеты кухаркиным детям, а совсем другое – право торговать, право покупать и продавать все, что захочется.

 

Быть бедным или богатым – это судьба, или для каждого реально заработать миллион?

Жили мы, жили при советской власти и знать не знали ничего про богатство, получали зарплату согласно занимаемой должности. Всех, кто жил на так называемые нетрудовые доходы, полагали жуликами. Были, конечно, стоматологи, народные артисты, профессоры и академики, но их было мало, и знали их наперечет. Ну а сейчас такое стало твориться: особняки растут как грибы, иномарки самые изысканные, а еще езда по курортам, яхты, персональные самолеты, голова кругом идет. Как жить? Как детям объяснять, почему им нельзя иметь то, чего полно у их одноклассников?

Одним словом, наступает момент, и вы решаете разбогатеть. С чего начать? Самое первое: надо определиться с классовой принадлежностью.

Если вы коммерсант, человек, работающий ради выгоды, то вопрос «как разбогатеть?» для вас не актуален, имперская Россия – это коммерческая пустыня, и в ней есть место для любого коммерсанта. Так что смело беритесь за дело, что-нибудь продайте, на вырученные деньги что-нибудь купите. Тут же продайте купленное, но уже дороже. Повторите ту же комбинацию несколько раз и проанализируйте итог. Анализ покажет вам, насколько вы талантливы как коммерсант.

Еще несколько советов, не пытайтесь создать начальный капитал для коммерческой деятельности интеллектуальным или физическим трудом. Коммерция требует чистоты жанра, не имеет значения, насколько мелка коммерция, пусть копеечная, лишь бы выгода была. Избегайте работы за оклад, ваш бог – прибыль, а зарплату пусть чиновники получают. Не стесняйтесь своей жадности, не гонитесь за престижем, не тратьте денег на ерунду, в том числе на самого себя, деньги должны делать деньги. Не ленитесь просчитывать все свои проекты. Иногда то, что кажется очень выгодным, при подробном рассмотрении оказывается нулевым делом.

Не вкладывайте душу в то, что делаете. Любое созданное вами дело, купленный автомобиль или особняк вы должны быть готовы моментально продать, если за них будет предложена достойная цена.

Если вы политик, человек, делающий карьеру и уверенно продвигающийся по служебной лестнице, если вы готовы умело командовать подчиненными и четко выполнять указания начальства, то постарайтесь направить свою карьеру в такое русло, в котором вы сумеете обрасти максимальным числом контактов, и только после этого переходите в коммерцию. Переход политика в коммерсанты идет с повышением, и нет никаких сомнений, что у вас все получится, необходимо все же, чтобы ваша коммерция была как-то связана с вашей служебной карьерой. Старые связи могут превратиться в нужные заказы, дадут много информации, а самое главное – незаменимый организационный опыт, без которого большая коммерция никак невозможна.

Если вы идеолог, человек готовый честно делать свое дело, относиться к делу творчески, пренебрегая своими личными интересами, то процесс по вашему обогащению наиболее затруднен. Идти в коммерцию напрямую нежелательно, ибо переход идеолога в коммерсанты идет с понижением. Если писатель начнет думать не о том, как и что писать, а о том, как все это продать, то его уровень как писателя сразу понизится и в своем кругу он сразу упадет, среди же коммерсантов он так и останется представителем низшей касты. То же самое можно сказать о композиторе, кинооператоре, инженере, футболисте, ну и так далее по списку. Что же остается бедным идеологам? Им придется совершить трудный и долгий двухходовый проход. Сначала надо с повышением перейти из идеологов в политики, стать организатором, а затем, совершив определенную карьеру как начальник, совершить опять же с повышением переход из политиков в коммерсанты. На каждое действие должно быть истрачено как минимум четыре года. Например, в год Змеи совершается переход в политики, а затем в год Петуха переход в коммерсанты.

Впрочем, все это только внешняя схема, на самом деле на каждом этапе должны происходить очень сильные обменные операции. Скажем, знаменитый переход академика Сахарова из идеологов в политики привел, конечно, к повышению его статуса (Нобелевская премия мира), однако цена была очень высокой – оставленная карьера великого физика. Так что все эти повышения оставляют в душе очень большие шрамы. Человеку, если это, конечно, человек, всегда тяжело прощаться с прошлым. Переход из политиков в коммерсанты во всем мире общепринят и не кажется болезненным, все эти отставные канцлеры, сенаторы и депутаты с легкостью устраиваются в банки и прочие акционерные общества на самые высокие должности.

Ну и наконец, что делать человеку, в котором намешено все сразу – немножко любви к справедливости (идеолог), немного жадности (коммерсант), но и стремления покомандовать (политик) немного? Таким людям труднее всего, ибо их карьера, как правило, идет очень плохо, им трудно сосредоточиться на науке, мешает уважение к начальству и страсть к деньгам. Этим людям не удается служебная карьера, ибо начальству надо служить истово, не сбиваясь на поиск справедливости. Соответственно и коммерция не удается по тем же причинам, не хватает сосредоточенности. Что делать? Для начала определиться и откристаллизовать себя. Надо быть кем-то определенным, добиться максимального на своем пути и, лишь добравшись до потолка, совершать (или не совершать) нужный фазовый переход.

 

Ну почему во всем мире бизнес как бизнес, а у нас одно жулье?

Горбачевские кооперативы, ельцинские залоговые аукционы, вывоз капитала, бесконечные финансовые пирамиды, теперь вот кризис с жилищным строительством, обманутые соинвесторы… И ни конца этому ни края. А еще плюс криминальные разборки, каждый месяц убивают директора какого-нибудь завода. А еще захваты предприятий. А еще никак не дают подняться мелкому бизнесу, все укрупняемся и укрупняемся. Так в чем же дело?

А дело все в том же, в нашем имперском ритме. Напомню, что на Западе коммерсанты являются руководящей силой общества, высшей кастой, своеобразной западной номенклатурой. Там коммерсанты – это руководящая и направляющая сила общества, вся жизнь организована по их образу и подобию. На Востоке коммерсанты – это народное тело, а потому никаких проблем с коммерцией нет, особенно же хорошо обстоят дела с мелкой коммерцией, по сути дела, любой простолюдин в состоянии открыть свою лавочку, начать торговлю всем, чем угодно. В империи с коммерсантами сплошная беда – в эту группу идут люди авантюрного склада характера, попросту говоря, жулики, изгои общества. Как с таким контингентом строить рыночную экономику, совершенно непонятно, доверять им нельзя, последнее разворуют, отгородиться от них тоже невозможно, они пролезают в любую щель. Ужас ситуации состоит в том, что коммерческое поле пусто, кем вытеснять авантюристов, непонятно.

Приходит первая волна воров, их выдавливают за границу или сажают по тюрьмам. Но за ними приходит вторая волна воров, их снова выдавливают или снова сажают, но ситуация никак не меняется. Выход всегда один – на место истинных коммерсантов ставят так называемых политиков, а попросту говоря, чиновников. Чиновник в империи может все, в том числе исполнять коммерческие обязанности. В некотором смысле чиновнику даже к лицу коммерческие функции, ибо по известному закону политик переходит в коммерсанты с повышением. Именно поэтому, а не по какой-то иной причине Россия вынуждена держать ключевые отрасли (добыча газа, авиация, нефть) в государственных, то есть в чиновничьих руках.

Что касается создания мелкой народной коммерции, к чему нас постоянно призывают теоретики либеральной экономики, то она у нас практически невозможна, народ-идеолог переходит в коммерцию с понижением, почти всегда обречен на прозябание или даже разорение, в любом случае счастья коммерция ему не принесет.

Ну и как же нам после этого жить? Это же катастрофа! Огромная страна – и никаких коммерсантов! Да, действительно смешно получается, такая держава, такие богатства, а извлечь из всего этого прибыль не получается. Однако никакой трагедии в нашей ситуации нет. В конце концов, каждый получает свое, народ-идеолог, если он действительно идеолог, вполне обойдется без излишеств, государство себя тоже не обидит, чиновники как-нибудь обеспечат себе приличную жизнь. Что касается истинных коммерсантов, то они тоже получат свое. Будет, конечно, и определенный застой и некоторый коммерческий тупик, но все это очень быстро закончится, ибо имперский ритм в 2025 году прерывается, на этот раз уже навсегда, а в 2029 году начинается западный ритм, и настоящих коммерсантов нам искать уже не придется, ибо высшей кастой общества будут именно они – капитаны бизнеса. Собственно, это будут те самые люди из крупных государственных корпораций, просто до 2025 года они чуть больше служат президенту, а после 2029 года будут служить своей коммерческой структуре.

Так что если мы смогли выстоять 72 года советской власти (вторая и третья фазы имперского цикла) с ее откровенной ненавистью к коммерческой деятельности, то уж четвертую фазу как-нибудь протянем. Зеркалом нашего 36-летия (1989–2025) является время первой фазы (1881–1917), с той только разницей, что тогда государственное участие в коммерции увеличивалось, а сейчас сокращается.

 

Почему чиновники берут взятки?

Ну, это вообще не вопрос – сидит человечек на скромной зарплате и принимает решения ценой на многие миллионы. Ну как тут не взять, особенно если постоянно суют? Это на поверхности.

Однако не все так ясно и просто. Оказывается, процесс приема и дачи взяток очень сильно отличается в странах с разным ритмом. На Западе, особенно если западный ритм устоялся, процесс дачи взятки постепенно теряет смысл. В самом деле, те, кто делают деньги – коммерсанты, становятся властителями, со всеми атрибутами властителя, благородством, высоким достоинством и так далее… Высокопоставленному коммерсанту опускаться до взятки низшему классу, каковым для него являются политики (то бишь чиновники) как-то не с руки, гораздо легче все сделать по закону. Тем более что политики на Западе образуют народное тело, а весь народ не купишь, народ вообще неподкупен.

Совсем другое дело имперский ритм, здесь чиновник – это представитель высшего, властного класса, что не отменяет законов треугольника мироздания, по которому эти всевластные политики находятся в подчинении у коммерсантов. И в этом смысле у них, у чиновников (ранг не имеет значения – от мелкого служаки до премьер-министра), есть только два пути: воевать со взяточничеством, без всяких шансов на успех, ибо побеждает взяточников не чиновник, а народ (идеологи), либо сдаться и взятки брать. Второй путь столь естествен, столь энергетически выгоден, что неизбежно получает массовое хождение…

Побороть коррупцию можно привлечением в ряды чиновников так называемых идеологов (людей из народа либо интеллигенцию) в надежде, что они не сразу станут политиками – так было во второй фазе имперского цикла, с 1917 по 1953 год. А еще можно постепенно приближаться к западному ритму, потихоньку повышая статус коммерсантов. Так происходит в четвертой фазе, с 1989 по 2025 год. В этом смысле наиболее взяткоемкой была третья фаза, с 1953 по 1989 год, когда коррупция принимала абсолютный характер.

На Востоке коммерсант – это народ, а чиновники – люди без стыда и совести. Там поборы с народа должны иметь массовый и практически законный порядок.

 

За что посадили Ходорковского?

Разумеется, я не буду озвучивать официальную версию про налоги, тем более что несколько вполне официальных лиц заявили о том, что суд был показательным, служил неким посланием нашему бизнесу, да и мировому сообществу тоже. Не стану я озвучивать и правозащитную версию, согласно которой суд над Ходорковским был началом процесса сворачивания демократических преобразований и началом репрессий. Махонькая правда в этом есть, но она слишком мала и ничтожна, никаких репрессий не последовало. У теории есть свои ответы, и, как всегда, весьма специфичные.

Ответ первый: Ходорковский элементарно попал под векторный каток (эту версию я опущу, желающие найдут ее в «СГвВиО»). Это первый уровень ответа, по сути дела бытовой. Но есть и более серьезный и важный ответ, о котором надо задуматься всякому здравомыслящему коммерсанту. Дело в том, что у коммерсантов, как уже говорилось, запрещен переход в политики. То есть переходить-то можно, но очень с большим понижением. Примеров было много, тот же Борис Березовский сунулся в политику и полетел вверх тормашками. Михаилу Ходорковскому было над чем подумать. Однако увлекся, решил, что конкретно у него все получится. Причем, заметьте, не имеет значения ни чистота помыслов, ни конкретный план действий – если коммерсант идет в политику, его ждет неизбежный крах.

Совсем другое дело, если коммерсант идет в идеологию, например вкладывает деньги в футбол, театр, кино, раздает стипендии студентам. Такие действия только повышают его статус. Более того, можно вовсе бросить коммерцию и уйти с головой в тот же футбол (Абрамович, Федорычев).

Так что хотел того или нет, но Ходорковский нарушил один из главных принципов бытия – плюнул против ветра. И виноват в этом только он сам.

Остается разобраться – ошибка это или героизм. Если Ходорковский все еще коммерсант или даже политик, то это ошибка. Если же речь идет о героизме, то, стало быть, Ходорковский собрался в идеологи, ведь он жертвует своей карьерой, деньгами и здоровьем ради идеи. И тогда его ждет большое повышение, он может стать писателем, ученым и, побыв в такой ипостаси хотя бы десяток лет, с большим повышением перейти в реальные политики и, может быть, даже возглавить политическую партию. Напомню, когда Россия перейдет на ритм Запада, в 2025 году Ходорковскому будет всего лишь 62 года, для политика пустяковый возраст…. Впрочем, его знак – Кот – далек от политических триумфов, так себе значок в политике, лучше бы он оставался коммерсантом.

 

Классовые заповеди

 

1. Самое главное – это найти себя среди одного из трех классов. Причем речь идет не о тестировании, его худо-бедно может провести каждый, определив процентное содержание в себе той или иной идеи. Речь идет о том, чтобы научиться служить какому-то определенному богу, перестать хотеть сразу всего: денег, власти, да еще и богатой духовной жизни в придачу. Классовая размытость кому-то покажется гармоничностью, на деле она убивает карьеру, особенно на начальном этапе. Каждому нужна изначальная платформа для дальнейшего движения. Нужно выбрать средство для стартового движения: велосипед идеолога, мотоцикл коммерсанта или лимузин политика. А вот ехать одновременно на велосипеде, мотоцикле и лимузине не получится.

2. Стало быть, первым делом надо рафинировать себя, очистить от примесей. Лучше всего определиться с этим в процессе обучения в институте или сразу по его окончании. Легче всего (в империи) стать идеологом. Для ускорения карьеры необходимо на какое-то время наложить вето на любые операции купли-продажи (отказ от коммерции), а также жестко устраняться от системы командования-подчинения (отказ от политики). Легче всего такие операции проходят у свободных художников и фанатичных ученых. В технических сферах или военизированных организациях отказаться от подчинения начальству почти невозможно. Стало быть, идеологу в такой организации карьеры не сделать. Надо уходить или рафинироваться в политика.

3. Для того чтобы рафинироваться в политика, молодому человеку нужно отказаться на время от коммерческих операций, а также от юношеских идей поиска правды. Убежденный правдоискатель не может стать чистым политиком. Дело политика подчиняться законам и правилам, выполнять указания начальства и самому как можно быстрее обзаводиться подчиненными. Ну и конечно же святая святых каждого политика – правило «я начальник – ты дурак, ты начальник – я дурак».

4. Рафинирование коммерсанта – дело наиболее очевидное. Надо последовательно отказаться от всего, что не приносит прибыль, в каждом деле выискивая личную выгоду. Особое внимание надо уделять операциям перепродажи, когда нечто купленное по одной цене продается по более высокой цене. То есть наиболее чистый коммерсант тот, кто ничего не производит, говоря попросту, перекупщик. Уж у него-то душа точно не дрогнет при продаже. Даже самые любимые и нужные личные вещи нужно немедленно продавать, если за них дают выгодную цену. Такими действиями коммерсант выжигает в себе остатки идеолога или политика.

5. Произведя рафинирование и обретя тем самым оптимальную скорость движения, человек должен достичь максимально возможного в рамках выбранного пути. Идеолог должен осуществить свою идею как можно более полно. Поставить рекорд, если он спортсмен, сделать открытие, если он ученый, написать книгу, если он писатель, ну и так далее. Продолжать карьеру нужно лишь до тех пор, пока прогресс очевиден. Если остановится рост спортивных результатов, если прекратят появляться открытия, если уровень написанных книг станет стабильным, то пора задуматься о фазовом переходе.

6. Еще легче определиться с целью движения политику, он должен двигаться со ступени на ступень, получая очередную должность или звездочку на погоны.

Можно определять карьеру по числу подчиненных. Как только скорость продвижения по службе упадет, как только сверстники галопом умчатся вперед на генеральские должности, тут же без всяких сомнений следует оставить политику и совершить фазовый переход.

7. Аналогично коммерсанты, переставшие наращивать капитал, остановившиеся в своем росте, не важно, где они остановились, внизу, в середине или на самой вершине бизнеса, должны, не задерживаясь ни на один год, ринуться в фазовый переход, дабы начать новую карьеру в новом для себя классе.

8. Идеологам, достигшим максимального успеха в своей сфере, необходимо любой ценой удержать себя от соблазна перейти в коммерцию. Чем больше успехи идеолога, тем гуще вокруг него будут крутиться соблазнители от коммерции. Спортсмена завалят рекламными предложениями, ученого увлекут идеей быстрого внедрения, писателя будут прельщать гигантскими тиражами. Необходимо устоять, иначе произойдет гигантский сброс и обвал личности. Пустота души и куча денежных знаков, которые не принесут счастья, да и кончатся скоро, ибо коммерсант из бывшего идеолога получится очень плохой.

9. Отбившись от внешних коммерческих атак и внутреннего коммерческого соблазна, идеолог должен собрать в себе все оставшееся мужество и превратиться в политика. Спортсмен должен стать тренером или чиновником от спорта, ученый-исследователь должен стать ученым-организатором и преподавателем, писатель должен заняться политической деятельностью, пойти на телевидение или в кино. Приход в политику (чиновный мир) носителя высокой идеи чрезвычайно полезен для политики. Но и бывшему идеологу такой переход несет неисчислимые блага, в частности открывает широчайшие горизонты. Например, ученый, как идеолог, ломал свои собственные мозги, а теперь получает возможности командовать десятками, а то и сотнями молодых идеологов. И у каждого, заметьте, тоже есть мозги.

10. Теперь об изначальных политиках. Достигнув своего максимума в политическом продвижении, необходимо удержаться от перехода в идеологи. Не то чтобы многие на это соблазняются, однако факт остается фактом, именно среди политиков так силен фантом идеологической славы. Кто-то, устав от политики, бросается мемуары писать, кто-то книги по истории, кто-то, что особенно прискорбно, начинает учить настоящих идеологов, как снимать фильмы, писать книги, делать науку. Что ж, нет ничего смешнее и печальнее, чем вмешательство политика в идеологию. Ни черта политик в этом деле не понимает, ибо есть он долдон и прагматик.

11. Совсем другое дело, если политик соберется в коммерцию. Этот переход крайне благоприятен для коммерции, ибо политик привносит в нее как знание о конкретных связях и механизмах функционирования государственной машины, так и общее представление о том, как создавать коллектив, как командовать. Особенно важно, что он досконально знает психологию политиков, ведь в той структуре, которую он возглавит, не должно быть других коммерсантов, должны быть политики, говоря проще, служащие.

12. Ну и, как всегда, простейшим из всех случаев представляется случай с коммерсантами. Заработав столько, сколько можно, коммерсант будет испытывать огромный соблазн сунуться с этими деньгами в политику. Это может быть стремление давать взятки, лоббировать свою коммерцию. Это еще туда-сюда, хотя тоже опасно, противозаконно и ведет к потере коммерческого чутья. Главное, коммерсанта может потянуть в чистую политику, в партийное строительство, борьбу за власть и так далее. Вот этого делать категорически нельзя. Привычка все мерить на деньги, все покупать и все продавать не даст ему возможности прижиться в политической элите, где всякий чин должен знать свое место и кланяться вышестоящему, одновременно шпыняя нижестоящего. Очень опасно – затопчут, коммерсант в политике всегда чужак.

13. Совсем другое дело – идти в идеологию. Коммерсант, достигший максимума в добывании денег, будет принят в идеологической тусовке с распростертыми объятиями. И дело не только в том, что идеологи всегда бедны, голодны и ждут спонсоров. Бывший коммерсант, начиная идеологическую карьеру, будет очень точно знать, как выстроить бывших одноклассников, как брать с них деньги так, чтобы они еще и благодарны были, что у них берут.

14. Сколько переходов можно провести за одну жизнь? Формально ограничений нет, но фактически речь идет о том, что большинство людей всю жизнь живут в одном классе. Немногим удается провести один полноценный переход. И только избранные совершают два перехода с повышением. Три перехода, с возвратом в исходную точку, представляются маловероятными.

15. Что касается привязки к определенному году, то, наверное, переход в политики лучше привязывать к году Змеи, переход в идеологи к году Быка, а переходы в коммерсанты к году Петуха. Но главное все же – это не дата, а ощущение тупика в своем прошлом поприще.

16. Теперь о классовом неравенстве, которое так раздражает людей во все времена. Идеолог всю жизнь вынужден терпеть от чиновника, от его тупости, мешающей свободному творчеству. Что делать? Не бороться с политиками, как с классом, а выбрать из нескольких разнонаправленных политиков наиболее приемлемого и склонить перед ним голову. А вот на поклон к коммерсантам ходить нельзя! Поклонился коммерсантам – и как идеолог начинаешь гнить.

17. Политики должны смириться со своей зависимостью перед коммерсантами. Особенно это неизбежно на Западе, где сама политическая доктрина держится на том, что политическая стабильность есть функция от удачной экономической, то бишь коммерческой деятельности. В империи чиновник (политик) всевластен, но и он бессилен перед коммерсантами, он их гонит в дверь, а они – в окно. А если всех коммерсантов перебить (бывает и такое), то самому придется в коммерсанты идти.

А вот идеологов надо контролировать. Им волю давать нельзя, ибо порядок – святая святых для политика – под воздействием распоясавшихся идеологов может быть легко разрушен. Ведь идеологи – это те самые фанатики, которые всегда жаждут революции.

18. Теперь о том, как осуществлять свое классовое предназначение коммерсантам. Им выпало кланяться и заискивать перед идеологами, ибо те потенциальные поставщики коммерческого продукта (изобретатели, ученые, режиссеры и т. д.). И еще идеологи могут залатать коммерсанту ту дыру, что появляется у этого выжиги на месте души.

А вот с чиновниками коммерсант должен бороться всеми силами, ибо задача чиновника зарегулировать коммерцию до смерти, а коммерции так нужна свобода. Не для разгула, а для жизни. Без свободы коммерция мертва.

 

 

Часть восьмая

Заповедные территории

 

Территория практического применения теории на этом не заканчивается. Есть ведь еще и зодиакальные знаки. Однако, по убеждению автора, зодиакальные знаки командуют только инстинктами, здоровьем, детскими мечтами – в общем, всем тем, что человек должен преодолеть в своей жизни. Должен, но ведь может и не преодолеть. Либо захочет что-то оставить себе для интимной жизни. Писать обо всем этом во всеуслышание вроде бы и не удобно. Однако пишут ведь другие о зодиакальных знаках.

 









Последнее изменение этой страницы: 2017-05-05; Просмотров: 13;


lektsia.info 2017 год. Все права принадлежат их авторам! Главная