Лекции.ИНФО


КАК СДЕЛАТЬ ПЕРВЫЙ ШАГ И НЕ УПАСТЬ В ОБМОРОК



 

Как мы с вами уже говорили, что зародыш журналистики – в вашем желании рассказать всем о своем, личном. Или о том, что привлекло ваше внимание. Мы говорили также о том, что это желание непреодолимо. Вас распирает от этого желания.

Но вам страшно.

Мне тоже бывает страшно. У меня есть несколько страхов, которые я старательно пытаюсь изжить.

Например, страх перед тещей. Мне все время кажется, что она скажет, что останется у нас еще на три месяца.

Этот страх меня парализует.

Ваш страх другой природы. Это страх перед неизвестностью.

Однажды теща сказала, что сделает для меня торт. Но оказалось, что к торту нужен крем. И я был привлечен к взбиванию этого крема. Я стоял в красивом фартуке в цветочек и томился неизвестностью – я не понимал, сколько мне его взбивать. Я бешено вращал взбивалку и думал о потерянной жизни. Я подсчитывал, сколько гениальных книг я мог написать, и сколько талантливых передач я мог провести. Но я не писал и не вел. Я взбивал крем. В это время теща говорила по телефону. Она, наверное, поговорила со всеми своими подругами, даже с теми, которые перестали разговаривать с ней много лет назад. К этому времени я взбил уже такую пену, которой хватило бы, чтобы поставить в центр торта саму тещу.

Потом она вошла и сказала, что я все испортил, ибо крем нужно было взбивать медленно и не более пяти минут. И я должен начать все с начала.

Почему я привел этот пример? Потому что иногда страх нами сильно преувеличен.

Но вернемся к страху первого шага. Действительно, с какой стати в местной газете должна появиться ваша крохотная заметка, написанная дрожащей рукой.

Я обещал в этой книге говорить вам правду. И я правдиво и честно отвечаю на этот главный вопрос.

Она появится, минимум, по трем причинам:

В любой газете, радиостанции или на телеканале все места всегда заняты. Это правда. Но, одновременно – это ложь. Во всех этих местах всегда нужны свежие талантливые люди, только об этом не дают объявлений. Я лично никогда не встречал объявления: «Нам нужен ведущий для вечернего шоу». Я понимаю, почему так не пишут – потому что на телевидение тут же набежали бы тысячи сумасшедших, считающих, что мама родила их именно для этого. Но, ответственно заявляю: хороший ведущий всегда нужен.

Вам кажется, что если вы придете в местную газету, просто зайдете с улицы и предложите свою заметку, например, о том, что лебеди прилетели на местное озеро, или о том, что заезжая рок-группа играла из рук вон плохо, на вас рявкнут и спустят с лестницы. Это еще один миф. Полная ерунда. Вас могут принять холодно, равнодушно, ведь в любую редакцию каждый день приходят десятки графоманов. Но любое руководство крайне заинтересовано, чтобы у них появлялись свежие люди. Штатные сотрудники газеты не могут пересчитать всех лебедей и прослушать все рок-концерты. Есть понятие «внештатного сотрудника». А их могут быть десятки. И вы можете стать одним из них.

Вам кажется, что в редакции сидят люди, вцепившиеся в свой стол зубами, и что они отстреливаются, боясь конкуренции. И да и нет. Никто не хочет терять работу, это правда. Но, одновременно, любой сотрудник любой редакции мечтает найти молодого талантливого человека, чтобы тот стал его учеником и последователем. С какого-то момента ты понимаешь, что тебе не вечно сидеть за этим столом, и в тебе просыпается странное профессиональное отцовское чувство. Ты ищешь талант, чтобы передать ему то, что умеешь. Вы, наверное, много раз слышали фразу: «Он был моим учителем в профессии». Это не выдумка, это действительно существует. Прямое доказательство – эта книга. Я бы мог ее не писать, ведь вы можете из книги многому научиться и стать талантливей меня. Видите, я этого не боюсь. Правда, потому, что мне за эту книгу обещали хороший гонорар. Но, если честно, я лично привел в журналистику несколько человек, которыми горжусь.

Очень важная причина, на которую указывают все психологи. Она называется «боязнь отказа». Вспомните себя, как вам трудно было признаться вашей любимой, что ей пора стать вашей женой. Или, как мучительно прийти к кому-то и что-то попросить. Однако, как выясняется, тут ничего странного нет. Просто человек боится, что ему скажут «нет». Услышать это слово крайне неприятно, это факт. Но мой друг-психолог, объяснил мне, что эта боязнь особенная. Вам еще не сказали «нет», вы еще никуда не ходили, но вам уже неприятно, потому что вероятность того, что вам скажут «нет» – пятьдесят процентов. И вы в этот момент не думаете, что есть еще пятьдесят процентов, в которые вмещается слово «да». Вы думаете только об отказе, концентрируетесь на нем, стараетесь избежать возможных неприятных эмоций и, в результате, никуда не идете. То есть, по факту, вы потерпели неудачу, даже не сделав первого шага. Это много раз было в вашей и моей жизни. Но мой друг объяснил мне, как от этой боязни избавиться. Он сказал: нужно понять, что когда ты идешь к кому-то что-то просить или предлагать, то главная неприятность, которая может с тобой произойти – это то, что тебе просто скажут слово «нет». И все. То есть тебя не будут оскорблять, звать охрану, унижать, тебя не будут позорить перед твоими родителями. Тебе просто скажут «нет». И ты уйдешь и, может, никогда больше не встретишь этих черствых людей, не понимающих твой талант. Например, моя дочь много раз ходила на различные актерские пробы, и ей всегда отказывали. Но она приходила домой и говорила, что они все дураки, так как не разглядели ее уникальное дарование! Я лично знаю только два таланта моей дочери – выжимать у меня деньги на вечеринки и сбегать вечером из дома со своим мотоциклистом. Но она утверждает, что ее дарования безграничны. И что они скоро раскроются. По факту, дочь права, я не думаю, что у нее скоро появится депрессия. Так что и вам не стоит фатально относиться к отказу.

Но представим себе, что вам скажут «да». Ведь это может повернуть вашу жизнь. Так ответьте мне, стоит ли бояться слова «нет», если вы сами множеству людей говорили это слово, и от этого никто не умер.

На вернемся от надуманных предубеждений к реальным проблемам. Конечно, не так все просто. Вы можете принести заметку в редакцию, но ее не опубликуют. Если вы помните разговор с Издателем в начале книги, то, смею вас уверить, – он был прав.

Он меня не публиковал, потому что моя писанина была некондиционна. Проблема была в том, что я, начитавшись Гаррисона, Шекли и Саймака, пытался писать про инопланетян, не понимая, что эти великие фантасты, описывая инопланетян, пишут про нас, про людей. А про людей я писать не мог – не хватало опыта. В 16 лет хорошо пишутся только стихи про разбитую любовь. Придумать «шестиногого» просто, а заставить читателя увидеть в нем человека – сложнейшая задача.

В вашем первом журналистском шаге важна адекватность. Я знаю десятки прекрасных молодых людей, которые, зная о том, что журналистика на девяносто процентов – их личность, забыли себя спросить: а из чего состоят остальные десять процентов.

А это вопрос принципиальный, им и займемся.

Представим себе, что вы редактор, а я принес вам заметку про лебедей.

Вы читаете: «Сегодня я видел лебедей в пруду. Они прилетели на неделю раньше. Их было пять. Один черный».

– И что? – спрашиваете вы.

– Ничего, – говорю я. – Публикуйте и давайте деньги, только быстрей, я еще не завтракал.

– А что тут публиковать?

– Я хочу быть репортером. – нервно отвечаю я. – Прилетели лебеди – я о них написал. Не хотите эту заметку – возьмите другую. «Вчера в клубе был рок-концерт. Группа играла плохо. Народ крепко выпил. Потом гитаристу разбили гитару, и была драка. Всех арестовали».

– Ну и что, – устало говорите вы, мечтая вышвырнуть меня в окно. – Почему это должно быть в газете?

– Потому что это правда, – важно говорю я. – Это произошло. Я это видел, а другие нет. Я хочу, чтобы про это узнали другие. Я читал в книге о журналистике, что меня это должно распирать. Вот оно меня и распирает. Давайте быстрее деньги, а то у вас перед входом парковка дорогая.

– Да, парень, – говорите вы, привычно доставая из-под стола бейсбольную биту, – сейчас мы решим все твои проблемы.

Парадокс ситуации в том, что увиденное вами – это действительно правда. Более того, в некоторых странах в 19-м и начале 20-го века, репортеры именно так и писали. Просто событие – и все. Но сейчас так писать невозможно. Читать неинтересно.

Оказывается, что оставшиеся десять процентов журналистской профессии не менее важны, чем предыдущие девяносто. В них – мастерство журналиста, как профессионала. Оказывается, что ваши мысли и то, что изложено на бумаге – это разные вещи.

Вы видели лебедей, вы видели, как они красивы, как грациозно плавают по пруду. То, что вы видели – вы и написали. Но дело в том, что вы это написали так, что в том, кто это читает, эта картина не появляется. Вы не сумели найти точных и нужных слов, чтобы читатель, воссоздал картину того, что вы увидели. Описывая драку в клубе, вы помните, что вам особо понравился момент, когда гитариста ударили, его же гитарой, по голове. Вам было смешно, но описать эту сомнительную радость вы не смогли. Не знаете как. Вы как иностранец в своем же государстве, где вас вдруг перестают понимать.

Вы не владеете технологией профессии журналиста. Да и откуда вам ею владеть, вы ведь нигде не учились. Так вот, те молодые таланты, о которых я писал, так и не стали журналистами, потому что не поняли, что журналистика – это полноценная профессия. А любая профессия отвечает на два вопроса:

«Что?» и «как?»

И если «что?» – целиком зависит от вашего внутреннего таланта увидеть интересное или от заказа редакции, то «как?» – это долгие годы учебы по выработке своего собственного стиля, за который вас будут ценить и платить большие деньги.

Вернемся к первому робкому визиту в редакцию. Если вам вернут вашу заметку – не обижайтесь. На это есть причины. Вы, например, вдруг можете внешне напомнить редактору его школьного товарища, который лупил его в младших классах.

Если представить себе, что редактором был бы я, и мне что-то, пусть даже гениальное, принес мотоциклист моей дочери, я бы заставил его съесть собственную рукопись и запить маслом из его мотоцикла. А потом бы убил. Или наоборот.

Но вы не мотоциклисты моей дочери. Поэтому, чаще всего, вам откажут по простой причине – ваша заметка просто плохо написана.

Тут важно понять – перед вами стоит редактор. Это человек со своими вкусами и пристрастиями. Кроме того, у него болит зуб и невыплачена ипотека. И еще, у него есть гора текущей работы, которую ему поручили, потому что заболел его коллега.

И тут приходите вы с горящими глазами. Поверьте, ваш приход – всегда не вовремя. Тут нет ничего личного, поэтому вести себя с редактором нужно как с больным человеком. Для начала попробуйте исполнить план «А». Нужно прийти опрятно одетым. Нужно сказать, что вам очень нравится именно это издание, что вы не журналист, но хотите себя попробовать в этой профессии. Перед визитом обязательно найдите и прочитайте несколько публикаций именно этого редактора. Скажите, что вам нравится, как он пишет – вот почему вы пришли именно к нему. Назовите несколько заголовков, коснитесь нескольких тем из его статей, только ничего не перепутайте. Это действует бронебойно. Редактор впервые поднимет глаза и ощутит, что вы в кабинете. До этого он ощущал только боль в зубе.

Далее, вы говорите, что тоже кое-что тут написали. Вы готовы изменить текст, потому что вам важна не его публикация, а желание научиться, как писать так, чтобы это было интересно читать. Вы просите почитать заметку и дать пару ценных советов, а если возможно, после переделки, прочитать ее снова.

Я клянусь вам, что редактор вначале потеряет дар речи, а потом немедленно вызовет нотариуса и усыновит вас.

Если же план «А» не подействует, и хозяин кабинета скажет, что он занят – мягко переходите к плану «В».

Спросите, когда можно прийти в другой раз. Если он скажет, что никогда, то спросите совета – к кому можно обратиться. Помните, люди не любят прямых просьб, но обожают давать советы. Вы обязательно получите результат.

Могу поделиться собственным опытом: часто, во время переговоров, я говорю собеседнику, что не могу уйти с пустыми руками, мне обязательно нужен какой-то результат. Это действует безотказно. Собеседник понимает, что я буду настойчив, но готов к компромиссу.

Вы можете честно сказать редактору, что от этой заметки зависит многое в вашей жизни, и вы просите понять, что дело не в деньгах, а в вашем будущем.

Повесив такую ответственность на несчастного редактора, отца четверых детей от трех разных браков, вы как бы повяжете его ответственностью за вашу судьбу. Вы как будто стоите на мосту и говорите: «Не прочитаешь заметку – прыгну!»

Он не откажет. Но если только ваша просьба будет правдива и серьезна. Это всегда чувствуется.

Если же он откажет – переходите к плану «С» – идите к другому редактору.

Не бойтесь просить, предлагать и быть настойчивым.

В этом нет ничего постыдного.

Это часть журналистской профессии.

Запомните, вы обязательно найдете газету, где вас впервые опубликуют, радио, где впервые пустят к микрофону, и телеканал, где вашу физиономию, хоть на секунду, но покажут в эфире. Правда, в том случае, если вы вашу физиономию, наконец, приведете в порядок.

 









Читайте также:

  1. E) Воспитание сознательного отношения, склонности к труду как основной жизненной потребности путем включения личности в активную трудовую деятельность.
  2. I ЭТАП – установочный (первый день практики).
  3. I. Драма одаренного ребенка, или как становятся психотерапевтами.
  4. I. Философия как мировоззрение, основной круг проблем
  5. I.1 Творчество как средство социализации и развития личности
  6. II.1 Досуг как средство творческой самореализации личности
  7. III. Презрение как заколдованный круг .
  8. MS Word. Как поменять начертание шрифта на полужирный?
  9. Non Role-Play (сокращение NonRP) - нереальная игра, действие, как данный персонаж не поступил бы в жизни. Нарушение RP режима.
  10. PAGE7. ЭКСПЕРИМЕНТ КАК МЕТОД ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ
  11. Role-Play(сокращение RP) - реальная игра, реальное поведение, как в жизни, игра по ролям.
  12. VI.3.3. Наследственная патология как результат наследственной изменчивости


Последнее изменение этой страницы: 2016-04-11; Просмотров: 59;


lektsia.info 2017 год. Все права принадлежат их авторам! Главная