Индустриализация вСССР
Содержание
Введение. 3
Основная часть. 4
Заключение. 12
Список использованной литературы… 13
Введение
Индустриализация СССР — процесс форсированногонаращивания
промышленного потенциала СССР для сокращения отставания экономикиот
развитых капиталистических стран, осуществлявшийся в 1930-е
годы.Официальной задачей индустриализации было превращение СССР из
преимущественно аграрнойстраны в ведущую индустриальную державу.
Хотя основной промышленный потенциалстраны был создан позднее, в
годы семилеток, под индустриализацией обычноподразумеваются именно
первые пятилетки.
Начало социалистической индустриализации как составной
части«триединой задачи по коренному переустройству общества»
(индустриализация,коллективизация сельского хозяйства и культурная
революция) было положенопервым пятилетним планом развития народного
хозяйства (1928—1932). Одновременнобыли ликвидированы
частнотоварные и капиталистические формы хозяйства.
В ходе довоенных пятилеток в СССР был обеспеченстремительный рост
производственных мощностей и объёмов производства
тяжёлойпромышленности, что в дальнейшем позволило СССР одержать
победу в ВеликойОтечественной войне. Наращивание индустриальной
мощи в 1930-е считалось врамках советской идеологии одним из
важнейших достижений СССР. С конца 1980-х,однако, вопрос о
действительных масштабах и историческом значениииндустриализации
стал предметом дискуссий, касающихся подлинных
целейиндустриализации, выбора средств для её осуществления,
взаимосвязииндустриализации с коллективизацией и массовыми
репрессиями, а также еёрезультатов и долгосрочных последствий для
советской экономики и общества.
Основная часть
России необходима новая экономическая идея, которая нетолько
позволит консолидировать общество, интеллектуальные и
материальныересурсы, но и приведет к реальному повышению
конкурентоспособности национальнойэкономики и ее устойчивому
развитию в будущем. Именно это определяетвозрождение интереса к
экономическим «экспериментам» в нашей стране.
В России было три попытки индустриализации.
Первая закончилась с началом мировой войны, достигнувпика в
знаменитом 1913 году, с которым советская статистика почти до конца
XXвека сравнивала все свои успехи. Она началась с реформ Александра
II, когдаэкономическая деградация страны вынудила освободить
крестьян и русскаяпромышленность наконец получила ресурс рабочей
силы, убегавшей из деревни. Этов итоге привело и к росту
промышленности, и к развитию аграрного производства.Вопреки
традиционным представлениям статистические данные
правительстваКеренского указывают на то, что 48% зернового
производства России в 1916 годуобеспечивали именно крестьянские
хозяйства [2].
Но была одна серьезная проблема: правящая элита архаичнойимперии,
признавая пользу промышленного развития, не нуждалась в
индустриальнойэкономике, которая несла в себе угрозу неизбежных
перемен в политическойсистеме. Поразительно, но в 1916 году
правительство Николая II преследовалопромышленные союзы, которые из
патриотических соображений старалисьсамостоятельно организовать
снабжение обнищавшей армии. А потом произошлоневероятное. Начиная с
февраля–марта 1917 года, с момента развала монархии, имонархисты, и
доктринерски настроенные левые радикалы ждали, что
либеральнаябуржуазия просто подберет власть, валяющуюся на земле.
Ждали буржуазнойреволюции, ждали до самого октябрьского переворота,
и даже до Учредительногособрания в 1918 году, когда власть уже
принадлежала большевикам. Не дождались.У российской либеральной
буржуазии не нашлось ни сил, ни готовности обеспечитьвласть.
Позже Николай Бердяев писал, что единственными либераламив России
были и остаются представители государства, у которых тяга
клиберальным преобразованиям возникает как последнее средство
спасения отгрозящей экономической катастрофы и немедленно проходит,
когда либеральныепреобразования начинают угрожать полновластию
самого государства [6]. Но этоуже в 30-х годах, когда Советская
власть начала второй цикл индустриализации.
Необходимость индустриализации, преодолениеэкономического и
технического отставания России от Запада признавались в20-30-е г. и
партийными руководителями, и западными специалистами.
Проблема,однако, заключалась в стратегии и тактике самой
модернизации, т.е. альтернативесталинскому варианту. Вопрос этот
дискуссионный. Современные авторы в качестветакой альтернативы
называют предложения Н.И. Бухарина и XV съезда ВК П( б) о
сбалансированномразвитии экономики (оптимальном соотношении между
производством и потреблением,промышленностью и сельским хозяйством,
развитием тяжелой и легкой индустрии).Отмечается также точка зрения
буржуазных специалистов (Н.Д. Кондратьева, А.В.Чаянова) и
технократического течения в самой ВК П( б) (Л.Б. Красина,
Г.Я.Сокольникова), которая предполагала развитие государственного
капитализма ссильным сельским хозяйством [5].
В силу ряда обстоятельств победила линия И.В. Сталина. Нарубеже
20-30-х г. Сталин и его окружение отказались от НЭПА и взяли
навооружение стратегию форсированного развития. В основе данной
программынаходился выбор одного приоритетного направления в
развитии экономики – тяжелойиндустрии. Все ресурсы страны
концентрировались на этом магистральномнаправлении. Для перекачки
средств из сельского хозяйства в промышленность былсоздан
специальный механизм – совхозы и колхозы. Производительные силы
страныбыли сосредоточены в руках государства, которое активно
использовалоадминистративный нажим, срослось с партией и
осуществляло контроль над всемисферами общественной жизни
(тоталитаризм).
Что же можно сказать об итогах сталинскойиндустриализации? По
мнению отечественных авторов, в конце 30-х годов былопреодолено
стадиальное отставание народного хозяйства СССР, ключевые
сектораэкономики поднялись на ту же технико-технологическую стадию,
на какойнаходились тогда промышленно развитые страны. Это значит,
что производствоэлектроэнергии, топлива, чугуна, стали, цемента
превосходило или вплотнуюприблизилось к показателям развитых
европейских стран [7]. Конечно, по многимсоциально-экономическим
параметрам СССР существенно отставал от стран ЗападнойЕвропы, не
говоря уж о США. Производство электроэнергии, стали, угля,
тканей,цемента на душу населения составляло 1/4,1/2, 2/3
соответствующих показателейразвитых стран. Отставали также
квалификация рабочей силы качество иэффективность труда. Тем не
менее, советская экономика в целом приобрелаиндустриальный
характер. Это позволило СССР в годы Великой Отечественной
войнысокрушить фашизм, в отличие от царской России, не сумевшей
преодолетьстадиальное отставание от развитых стран и добиться
военного успеха в первоймировой войне.
Ценой величавших человеческих жертв, моральных и духовныхпотерь
общества, за которые несет ответственность партийное и
государственноеруководство того времени, в СССР была осуществлена
раннеиндустриальнаямодернизация. Возникает вопрос: почему оказалось
возможным созданиеиндустриальной технологии в СССР, ведь здесь, в
отличие от Запада, не было нирыночного хозяйства, ни гражданского
общества? Отвечая на этот вопрос,отечественные исследователи
обращают внимание на следующие обстоятельства.
Во-первых, индустриальное преобразование в СССР имеловторичный
характер. Поскольку оно проводилось значительно позже, чем в
развитыхстранах, на вновь построенных и реконструированных
предприятиях применялисьвывезенные из-за границы техника и
технология, а также приемы организациитруда.
Во-вторых, индустриальный тип производства можетпервоначально
формироваться в отдельных секторах экономики. В
сталинскойиндустриализации упор делался на первоочередное развитие
тяжелой и обороннойпромышленности.
В-третьих, индустриальная технология создавалась дляизвлечения из
наёмного труда прибавочной стоимости и служила
средствомкапиталистической эксплуатации. Она так же отчуждала
человека от его труда, каки деспотичное сталинское государство.
Сталинская модель посуществувоспроизводила раннеиндустриальный
капитализм под социалистическим флагом.
В-четвертых, важной особенностью советского обществавплоть до 70-х
годов была его устремленность в будущее, готовность терпетьстрах и
террор, подчиняться жесткой дисциплине и антигуманной технологии во
имясветлого будущего своих детей и будущих поколений вообще.
Благодаря указанным обстоятельствам индустриализация былазавершена.
Она имела определенное сходство с имперской моделью
модернизации.Так, необходимость «скачка» объяснялась военной
угрозой, что быловполне реальным со второй половины 30-хг., главную
роль в преобразованияхиграло государство, улучшение жизни народа
по-существу не принималось правящейверхушкой во внимание,
модернизаторы как и прежде воспроизводили«вчерашний день» западной
цивилизации – в данном случае технико-экономическуюбазу капитализма
начала 20 в., и не заметили «завтрашнего дня» Запада– складывание
общества массового потребления и государства благосостояния
[1].
В то же время многие зарубежные и отечественные авторыобращают
внимание на то, что догоняющая модернизация в СССР предвосхитила
опытмногих стран, осуществлявших модернизацию во второй половине 20
века.Большевистская модернизация впервые осуществлялась с опорой на
широкие массынарода, которые вовлекались в этот процесс с помощью
таких инструментов как Советы,профсоюзы, комсомол и другие массовые
организации (до этого все догоняющиемодернизации носили элитарный
характер).
Огромную роль в СССР сыграла идеология, которая
облекаламодернизацию в формы, понятные и доступные большинству
населения. В этом планеважное значение имели восстановление
национально-государственной идеи,патриотизм, уважительное отношение
к российской истории и культуре.Государственный национализм Сталина
работал на модернизацию (чтобыпротивостоять чуждому традиционной
культуре Западу, надо создатьтехнико-экономическую базу не хуже,
чем на Западе.). И политическая мобилизациямасс, и идеология, и
национализм, впервые проявившийся в догоняющеймодернизации в СССР,
сыграли большую роль в модернизации Мексики, Аргентины,Бразилии,
Японии, Индии и в целом ряде других стран.
Несмотря на значительные достижения, сталинскаяиндустриализация,
как и все предыдущие российские модернизации, носилаповерхностный
характер. Не случайно она получила название«контрмодернизация».
Мобилизационная сталинская модель могла датьэффект лишь на первых
порах. По мере развития индустриализации, усложнениятехники и
технологии проявлялась неспособность системы справляться
суправлением экономикой, тем более, что в ходе репрессий были
ликвидированыспособные умело действовать специалисты.
Поступательное развитие обществасдерживалось склонностью работников
и руководителей к уравнительности икруговой поруке, а также их
боязнью проявить инициативу. Кризис сталинскоймодели достаточно
четко обозначился с конца 30-х годов. Общество нуждалось
всоциокультурной и политической модернизации. Великая Отечественная
война, азатем восстановление народного хозяйства способствовали
оживлениюмобилизационной модели. Однако в конце 40-х – начале 50-х
годов окончательновыявилась неспособность сталинской модели
преодолеть экономическое итехнологическое отставание СССР от
Запада. Эту проблему пытались решитьсоветские руководители в
50-60-е г. [6]
Индустриальный эксперимент 30-х годов – попытка быстропостроить
крупную промышленность в стране с 80% аграрного населения и 3%
людейс законченным средним образованием в аппарате управления –
это, в общем,модернизационная авантюра.
В ней как в способе догоняющего развития нет ничегонеобычного для
страны, экономика которой разрушена войнами и
социальнымикатаклизмами. После Второй мировой войны по этому же
пути шли и Германия, иЯпония, и Южная Корея – все, кто в итоге
попал в категорию «экономическогочуда». Но почему советский
эксперимент привел к иным результатам? Он жестроился практически на
тех же принципах, которыми 10 лет назад Майкл Портеробъяснял и
успехи послевоенной Японии, и ее нынешние проблемы:
– активное участие в экономике центрального правительствас его
развитой бюрократией;
– выделение отраслевых приоритетов в стимулированииэкономического
роста;
– агрессивное стимулирование экспорта;
– глубоко внедренное «индикативное планирование»,регулирование и
обязательные согласования;
– избирательный протекционизм на внутреннем рынке;
– ограничения на прямые иностранные инвестиции;
– мягкое антимонопольное законодательство;
– реструктуризация промышленности под контролемправительства;
– официальные санкции на создание картелей;
– зарегулированные финансовые рынки и неразвитоекорпоративное
управление;
– спонсируемые правительством коллективные проекты вобласти НИР и
НИОКР;
– здоровая макроэкономическая политика.
Да, во второй половине XX века мы стали мировым лидером
впроизводстве продуктов, которые считались ключевыми в середине
XIX, – угля ичугуна. Но в остальном в советской модели очень
успешно воспроизведены нестолько успехи, сколько проблемы
«японского чуда»: чрезвычайно низкаяконкурентоспособность огромного
числа предприятий, которые нуждаются вгосударственном
протекционизме и закрытости рынка, очень низкая
эффективностькапитала в условиях изоляции национального финансового
рынка, неоправданновысокая стоимость жизни и очень высокая степень
концентрации производства,особенно ориентированного на экспорт.
В том, что касается производительности, ситуация доходиладо
абсурда, если даже ГУЛАГ, в котором на содержание заключенного
(доденоминации 1961 года) по нормам начала 50-х годов выделялось 4
рубля 85 копеекв сутки, показывал отрицательную рентабельность,
потому что выработка на одного«занятого» была ниже. Само по себе
то, что Министерство внутренних делпроизводило больше 2% ВВП,
выглядит экономическим абсурдом. Но при этом оно ещеи «осваивало»
капитальные вложения в объемах, превышающих инвестицииминистерств
угольной промышленности и горючих материалов вместе взятых. Это
ужек вопросу о производительности капитала [3].
В период Первой мировой войны, по свидетельству министрафинансов
Временного правительства Андрея Шингарева, было напечатано 12
млрд.руб. вместо 6 млрд. В хаосе, наступившем после Февральской
революции, ежедневнопечаталось 30 млн. руб. Невозможно было
напечатать больше 1 млрд. руб. в месяц,но из-за инфляции это стоило
1,5 млрд. После всех революционных катаклизмов вотносительно
спокойное время советского периода инфляция стала заметно расти,как
только началась индустриализация – в середине 30-х годов. К концу
40-х онасделалась уже очень серьезной проблемой, несмотря на
ежегодные сниженияпотребительских цен к дню рождения Сталина. И в
начале 60-х привела кденоминации[2].
Все это было очевидно и в начале 50-х годов, когдаруководство МВД
жаловалось на собственную неэффективность, и в 60-е, когдаГосплан и
его НИИ в 1965–1970 годах в своих отчетах докладывали
руководствустраны, что крупнейшие промышленные предприятия
находятся в регионах с дефицитомрабочей силы, промышленное
производство из-за плохой инфраструктурыконцентрируется вокруг
крупных городов, где стоимость освоения 1 га землинамного превышает
этот показатель в среднем по стране, специализация малыхгородов
приводит к дисбалансам в структуре населения настолько, что в
городах свысокой женской занятостью безработица среди мужчин
достигала 57%,инвестиционные программы выполнялись на 30–60%, а
расходы на социальные нужды изаработную плату росли (и до сих пор
растут) быстрее, чем производительность.Но попытки главы советского
правительства Алексея Косыгина начать реформы,способные значительно
либерализовать экономику, закончились лишь довольножестким
конфликтом между ним и Леонидом Брежневым. Перед лицом
грозящейэкономической катастрофы Политбюро позднего советского
периода в этом отношенииповело себя примерно так же, как и Иосиф
Сталин, и последний российскийимператор. Главную угрозу власть
по-прежнему видела не в деградации экономики,а в развитии, которое
влечет за собой дифференциацию общества.
Заключение
Индустриализация России с 1920 по 1941 годы и ее развитиев
последующие годы представляет собой исторический период становления
крупнойпромышленности, определившей статус Советского Союза как
научно-промышленнойсверхдержавы. При этом есть основания
утверждать, что научно-техническая,проектно-конструкторская
деятельность внутри страны, и в первую очередь вструктуре Академии
наук СССР, имела не просто важное, но по многим параметрам
иключевое значение в процессе индустриализации. Базис
отечественнойпромышленности, сформированной еще в тот период, в
значительной степенипозволил удержать потенциал сегодняшней
промышленности и науки, несмотря напочти двадцатилетний период
самовыживания в условиях перехода от плановойэкономики СССР к
рыночным отношениям, зарождавшимся нередко стихийно в
периодреформирования социально-экономических отношений в России с
конца 80-х годовпрошлого столетия.
Список использованной литературы
1. Боффа Дж. История
Советского Союза: в 2 т. — М., 2007.
2. Булдалов В.П,
Кабанов В.В «Военный коммунизм» идеология и общественноеразвитие.
Вопросы истории. 2008.
3. Верт Н. История
Советского государства. – М., 1997
4. Голотик С.И.,
А.Б. Данилин, Е.Н. Евсеева, С.В. Карпенко. СОВЕТСКАЯРОССИЯ В 20-е
гг.: НЭП, ВЛАСТЬ БОЛЬШЕВИКОВ И ОБЩЕСТВО//Новый историческийвестник.
— 2008. — №2(2).
5. История России.
Люди. Нравы. События: взгляды и оценки. 1882—2000. — М.,2001.
6. История
национально-государственного строительства в СССР 1917—1978: в 2т.
— М., 1979.
7. Орлов И.Б «
Современная историография НЭПа: достижения, проблемы,перспективы.
Индустриализация в СССР
31
0
10 минут
Темы:
Понравилась работу? Лайкни ее и оставь свой комментарий!
Для автора это очень важно, это стимулирует его на новое творчество!